Лидеры рейтинга

АНГАРА, ГОД СЕМИДЕСЯТЫЙ (автор: Валерий ОРЛОВ)

АНГАРА, ГОД СЕМИДЕСЯТЫЙ (автор: Валерий ОРЛОВ)

Статья их журнала «Вокруг света» о тех, кто построив Братскую ГЭС поехал на строительство Усть-Илимска.

В Нижнеилимске дожди. Самолеты не летали туда вчера, не пойдут и сегодня. До Нижнеилимска пассажиров больше всего. В Братском аэропорту к окошечку диспетчера не пробиться. Медленно, но безостановочно все прибывает и прибывает народ; как на реке, растет затор. Кажется, что, если так будет продолжаться, большой, современный, из стекла и бетона, зал ожидания не выдержит скопления людей.

— Все лето такое нескладное. То жара, то дожди! — с улыбкой поясняет утомленная девушка-диспетчер. — Мы уж к этому привыкли. Не волнуйтесь, погода наладится, сразу все и улетите.

И вправду. Едва приподнялась облачность, как самолеты пошли друг за дружкой. С семнадцатой «Аннушкой» улетел и я.

…Ангара петляет средь зеленовато-синих таежных холмов. Она пустынна, дика, тускло поблескивает тугой темной водой и кажется по-осеннему холодной.

В самолете семья с двумя детьми, мать с сыном и мужчины, по виду которых сразу понимаешь, что не впервой мотаться им по тайге и стройкам. Тот в очках, молодой, скорее всего геолог, есть в нем что-то от ученого и от бродяги. Другой, с чемоданчиком, похож на бухгалтера, — командированный, наверняка ревизор; а рядом со мной — строитель, не иначе. В простеньком пиджачке, чистой белой рубашке, небрежно расстегнутой; загорелое, кирпичного цвета лицо и такие же темные задубелые руки.

Мой сосед, строитель, вздремнул немного, но как только кто-то сказал, что показался Илим, оживился и с жадностью припал к окошечку.

— Первый раз вижу эти места сверху, — открыто улыбнувшись, признался он мне. — А ведь там, внизу, все исколесил.

Он узнал сверху и речку Бадарму, и деревеньку Карапчанку, а узнав ее, разыскал в таежной гуще свою автобазу. Он показал мне Лосят и место на правом берегу, где будет новый город и где в тайге кончается сегодня нитка железной дороги Хребтовая — Усть-Илимск.

— Сорок километров осталось. Мы ее строим, наша автобаза, — сказал сосед. — Дорога эта, — он провел пальцем у шеи, — вот так нужна стройке. Ведь все везут на колесах, машинами от Братска. Двести пятьдесят один километр, подъем за подъемом, да в слякоть — представляете?..

Представить это действительно было трудно. То, что открылось взору — перегородившая Ангару плотина с ажурными пролетами высокой, стометровой бетонной эстакады, — уже сейчас было поистине гигантской стройкой. Справа и слева от плотины работали краны, сновали машины, бульдозеры; поселок светлых домов вырос на левом берегу среди лиственниц и сосен. Комплекс зданий лесозавода, автобазы, сооружения бетонного завода…

Последнее, что запомнилось мне, прежде чем самолет коснулся взлетной полосы, — какой-то человек, копающийся в моторе машины, которая застряла посреди жидкой глинистой реки. Чумазый шофер поднял голову, посмотрел на самолет, снял кепочку и приветливо помахал ею.

…Среди деревянных двухэтажных домиков старого поселка строителей — не самого первого, потому что самый первый был из палаток, — находится и постройком — управление строительства Усть-Илимской ГЭС. Василий Пичковский из ПТО — производственно-технического отдела, — несколько застенчивый с виду молодой человек со светлыми волосами и пухловатыми губами, рассказал мне потом, как им удалось возвести плотину и все остальное. Без железной дороги.

Для начала предложили использовать Лосенок — один из островков — в качестве плацдарма для перекрытия. Завезли туда четырехкубовый экскаватор, КРАЗы, бульдозеры, людей. И повели от него дамбу — «от себя», Сами насыпали. Люди, работавшие там в момент ледостава, оказывались отрезанными от берега — тогда к ним летели вертолеты. Камень, отнятый у Лосенка, ссыпали со льда на место будущего прорана — настилали шероховатый грунт, чтобы легче и точнее в дальнейшем ложились бетонные тетраэдры. Из того же камня отсыпали продольные и поперечные перемычки — банкеты. В результате благодаря использованию Лосенка удалось сэкономить миллион рублей. Закрытие прорана котлована первой очереди состоялось 13 февраля 1967 года. И так как Лосенок был всего в километре, тридцать КРАЗов «заткнули дырку» за сорок часов! Кто-то пошутил тогда, что представители прессы еще и приехать не успели и как бы не пришлось раскапывать все для них… Котлован первой очереди был готов; откачали из него воду и стали готовить основание плотины, ставить быки, мимо которых сейчас несется со страшной скоростью вода. В августе 1969 года за двое суток перекрыли Ангару. Сейчас работы ведутся в котловане второй очереди… В 1973 году Усть-Илимская ГЭС должна дать ток. Запланированная мощность гидростанции — 3,6 миллиона киловатт, с последующим развитием до 4 миллионов 320 тысяч…

К Пичковскому без конца звонят, идет разговор о цементе, асфальте; входят женщины с трубками проектов, смет. И Пичковский, извинившись, увлекается, надолго влезает «в дело», звонит кому-то сам, спохватывается, потом решает рассказать мне все — и до тех пор не отвечать на звонки, но все же срывается, и я понимаю его. В Братске, когда он приехал туда, стройка была в разгаре. «К шапошному разбору», — как признался сам, попал он туда, а здесь работает на стройке с самого начала.

 в Усть-Илимск из Дивногорска

Она приехала в Усть-Илимск из Дивногорска


…Больше всего мне нравится бродить в Усть-Илимске по улицам нового поселка энергостроителей. Дома здесь расположились на горе. Знающие люди, а их здесь много — почти каждый третий из Красноярска или из Братска, — говорят, что так же дома стоят в Дивногорске и в Коршунихе. Из окон открывается вид на тайгу, на поблескивающую под солнцем реку. Хвойный запах лиственницы заливает улицы. В выходные дни да и в будни, по вечерам, дома напоминают музыкальные шкатулки: почти из каждого окна рвется музыка на все лады. Большинство жителей этого поселка — парни и девушки. Не зря же стройка комсомольская.

Днем в поселке ревут бульдозеры. Бригады расчищают площадки для новых домов. Мимо поселка непрерывным потоком, дымя и так же оглушающе рыча, идут к плотине КРАЗы с опрокидывающимися ребристыми кузовами, голубые МАЗы с бетоном и МАЗы-цементовозы с двумя цилиндрами на трейлере, чем-то напоминающие двугорбых верблюдов. Иногда проскакивают особенные машины — двухколесные огромные тягачи, приспособленные для специальных работ.

Подивиться есть чему. Бригада в семь человек поднимает от причала наверх Толстого мыса, что неподалеку от поселка, детали большой бетонной эстакады — пилоны, мосты и балки. Под крановую балку весом в сто тонн и длиною пятьдесят с лишним метров тащат в гору три тягача общей мощностью почти в две тысячи сил. Уникальный строительно-монтажный кран легко укладывает такую ферму на пилоны, и фигуры нескольких человек, ловко распоряжающихся этой махиной, кажутся, пожалуй, меньше муравьев. С трудом различаешь людей и внизу, на плотине, и в бетонных секциях, напоминающих соты, и на фермах эстакады.

В поселке да и на плотине видел я бородатых парней в шортах. Студенты. Со всех концов Союза. Строят тротуары, разбивают клумбы, копают канавы. Солнце палит немилосердно. Пот льет градом, а в Ангару не сунешься. Вода что лед.

Цементовоз, на котором я возвращаюсь в Братск, идет порожняком. Чтобы перекинуться словом с водителем, надо кричать во все горло. Подъем следует за подъемом. Впереди, не удаляясь от нас ни на шаг, ползет такой же «двугорбый» цементовоз. Позади — третий. По обе стороны дороги — тайга, густая, непроходимая, временами кажется: отойди на метр — и заблудишься. Сухощавый молоденький шофер не отпускает ни на минуту огромную баранку. На рытвинах трясет, словно мы движемся по стиральной доске.

— Машины здесь быстро снашиваются, — говорит водитель. — Вот скоро железную дорогу сделают…

И он про то же. В гостинице в комнате вместе со мной жили два парня, уже отслуживших в армии, — Ваня и Валера. Они приехали из Свердловска, порешили остаться здесь на стройке, послали телеграммы женам, чтобы приезжали (а ревизор, живший вместе с нами, на это сказал им: «Правильно, жен приглашайте обязательно, а то вон какие девушки здесь красивые!»), и все мечтали:

— Это сейчас сложно с квартирой, — начинал кто-нибудь из них, — зато потом, когда железную дорогу подведут, начнут город и на том берегу строить. На сто пятьдесят тысяч жителей. Тогда квартиру дадут. И будет город не хуже Братска.

— А когда плотину кончат строить, — подхватывал второй, — будут строить лесопромышленный комплекс мощнее братского, работы на всю жизнь хватит. А можно и на следующую гидростанцию — в Богучанах — податься. И места здесь хорошие: леса, охота и рыбалка. Лодку купим…

Наверно, им все же трудно было расставаться с родными местами, но по сравнению с теми, кто начинал эту стройку в тайге, у костра, несравненно проще…

Где-то на полдороге, за Бадарминским мостом, цементовозы встали на ночлег. Диспетчер, отметив их время, сказал, что у всех шоферов по двенадцать часов наезженного времени, и дальше их можно пустить не раньше чем через пять часов тридцать минут. По дороге всю ночь в сторону Братска ползли лесовозы. Их время не ограничивалось. В 1972 году по плану должно начаться заполнение Усть-Илимского моря, площадь его будет почти две тысячи квадратных километров, и лесовозы торопятся вывезти из зоны затопления всю драгоценную ангарскую сосну…

В. Орлов, спец. корр. журнала «Вокруг света». Фото автора

Источник: журнал «Вокруг света» №10 (2361) за октябрь 1970 года

НАША СПРАВКА: ОРЛОВ Валерий Константинович (1938—1995). Фотокорреспондент журналов «Вокруг света» и «Северные просторы», литератор, художник. Родился в подмосковной Балашихе. Окончил школу полярников, стал радиомехаником Диксоновского радиометеорологического центра. Был радистом легендарной полярной станции «Мыс Желания» на Новой Земле. Там начал заниматься фотосъемкой. Снимал арктические льды, моржей, белых медведей и единственный из всех зимовщиков запечатлел на фотоснимках моменты атомных взрывов (в 1958 году на Новой Земле взрывали водородные бомбы мегатонного класса). Крайний Север, Арктика стали его любовью. Он был радиомехаником на станции «Мыс Челюскин», начальником Полярной станции «Остров Виктория» Амдерминского радиоцентра, бортрадистом Полярного управления гражданской авиации. С 1967 года до последних лет жизни был штатным фотокорреспондентом журнала «Вокруг света». Облетел и объездил всю страну, его снимки публиковались в разных журналах («Отчизна», «Огонек», «Охота и охотничье хозяйство» и других). Автор книг: «Острова, затерянные во льдах» (1979), «В просторах Таймыра» (1980), «Серый парус карбаса» (1984), «В краю большого медведя» (1988), «За белым кречетом» (1991). Жил в Москве. В последние годы взялся за кисть — написал около тридцати картин и тоже, в основном, арктические пейзажи. Заграница его не привлекала. Но вот пришлось быть в командировке на другом конце земли — в Тунисе. Купаясь в море, он скоропостижно (прямо в воде) скончался. Знойный юг не принял этого «рыцаря Арктики».



АНГАРА, ГОД СЕМИДЕСЯТЫЙ (автор: Валерий ОРЛОВ), 5.0 out of 5 based on 8 ratings



Рейтинг:
VN:F [1.9.22_1171]
Rating: 5.0/5 (8 votes cast)
| Дата: 8 декабря 2015 г. | Просмотров: 603