Лидеры рейтинга

ПИСЬМА ИЗ БРАТСКА. 3 ЧАСТЬ: 1962 ГОД (Автор: Бурыкина С.С.)

ПИСЬМА ИЗ БРАТСКА. 3 ЧАСТЬ: 1962 ГОД (Автор: Бурыкина С.С.)

Строительство Братской ГЭС

СТРОИТЕЛЬСТВО БРАТСКОЙ ГЭС

4 января 1962 г.

(Лёля – Вите)

На вокзале нас встретили ребята из института, с которыми мы ходили в походы первых три года (учебы). Вообще, встречала такая уйма народа, что мы не знали, на кого смотреть, к кому бросаться, просто глаза разбегались.

Только 31-го я провела дома. Новый год встречала в семейном кругу, а начиная с 1-го января, я ни одного дня не сидела дома. Ухожу из дома в 10 утра и возвращаюсь домой в 12 ночи. Пока все дни мы проводим в шатаниях по магазинам и встречах с друзьями. Я тебе купила две рубашки. Желтая – это польская, они сейчас модны, за ними давятся. Очень модные сейчас черные и темно серые. Свитеры я заказала. Если не купят до 10-го января, буду искать сама. Здесь есть безо всякой очереди очень хорошие, толстые свитера, но по сорок рублей. Это, наверное, дороговато. Тренировочных пока не нашла. Электробритву достать трудно, но я специально потрачу утро и куплю, только попозже.

Первого мы съездили вечером к Славке (это парень из МАИ), он был так нам рад, как никто из остальных ребят и девчонок. Все вместе мы поехали к Вовке Почукаеву, проболтали у него до 10-ти вечера. Домой я заявилась в первом часу, и меня встречал на станции папа с Барсом. Славка пребывает в такой апатии, что мы решили всячески развлекать его до 11-го, когда он снова уезжает в командировку.

2-го мы все вместе ходили на «Трех Толстяков» в Художественный театр. 3-го, вчера, провели вечер в кафе-мороженое. А сегодня мы были на выставке в Манеже – Всесоюзной выставке художников. Посмотрели 13 залов. Надо сходить еще не один раз. Завтра вечером мы встречаемся с институтскими ребятами у Стеллы, а 6-го в ночь с субботы на воскресенье едем к Володе Почукаеву кататься на лыжах. 8-го встречаемся с девочками из институтской группы. Дня не проходит без вина, даже захотелось уже в Братск. Такое впечатление, что из Москвы мы никуда не уезжали. Мы совершенно от нее не отвыкли. Все говорят, что мы ничуть не изменились в Братске. Молодежь завидует нам, а люди повзрослее с недоверием относятся к нашим уверениям, что в Братске хорошо. А Славка даже хочет менять профессию, чтобы ехать с нами в Братск. И вообще, желающих ехать туда очень много.

9 января 1962 г.

(Лёля – Вите)

Вчера вечером у нас была встреча с институтскими ребятами, с которыми мы давным-давно очень много ходили в походы. Они кроме внешних наших впечатлений о Сибири, Братске и т.д., хотели еще узнать, насколько изменились наши взгляды на жизнь, семью, социализм, коммунизм и т.д. Насколько мы сохранились или изменились за время пребывания в Братске. Как мы им не завидуем! Они ударились в пессимизм, читают какие-то упаднические стихи, разрешают никчемные вопросы, занимаются самокопанием. Мишка загробным голосом прочел нам стихотворение, смысл которого сводился к тому, что почему все считают, что строить лучше, чем ломать, и жизнь лучше смерти. И эти ребята – еще лучшая часть московской молодежи. У них масса свободного времени, работают до 5-ти часов вечера, семей нет, а потому занимаются такой бестолковой философией. Они не ищут истины, не делают ничего, чтобы исправить положение, они просто критикуют. Нам было смешно их слушать. Нам все завидуют. Главным образом, нашей дружбе, жизнерадостности, тому, что нас все интересует: и выставки, и театры, и люди. Но большинство боится рисковать, делать какие-то шаги, уехать отсюда. Вот чудаки! А мне уже хочется домой, в Братск, в солнечную настоящую зиму. А здесь такая уморительная зима! Самые холода были в вечер нашего приезда – 220. Вчера днем было -150, а сегодня – потепление, завтра – 00. И все время пасмурно, еще не было ни одного солнечного дня.

Вчера, 8-го, встречались с девчонками из института. Все говорят, что мы ни капли не изменились, не посолиднели, рассказали, куда всех разметало «распределение», кто доволен работой, кто нет.
Завтра я отсылаю тебе посылку. Беспокоюсь, что рубашки будут малы. Сейчас из Москвы запрещают посылать продукты, проверяют. Можно лишь конфеты, пирожные и апельсины.

14 января 1962 г.

(Лёля – Вите)

Я второй день в Калуге. Ощущения, что не была здесь полтора года, совершенно нет. Кажется, приехала после обычного семестра.

11-го января мы собрались (в Москве) с девчатами 6 человек, отметить день рождения Иры Бурт. Инна и я остались у нее ночевать. Мы не спали до 3-х часов ночи. Мне очень нравится разговаривать ночью, когда соберется девчонок больше двух. Мы лежали и говорили обо всем: о повести «Пушкинский вальс» Прилежаевой из журнала Юность, о возможности войны, о современных людях, о работе, о дружбе. Знаешь, я каждый раз убеждаюсь, до чего наши девчонки замечательные, очень хорошие люди. Уезжать из Москвы в Калугу мне не хотелось: девчонки набрали билетов во всякие театры, и у меня к ним зависть.

Все мои бабушки и дедушки постарели, любят поговорить о болезнях, недомоганиях. А родственники приходят и сначала удивляются тому, что я не изменилась и не похудела, а потом спрашивают, долго ли мне еще прозябать в глуши и грязи? А я сейчас уверена, что прозябать можно с большим успехом и в Москве. А у нас в Братске жить здорово! И мне очень хочется как можно скорее приехать домой, увидеть рабочую обстановку, тайгу, всех знакомых.

Вчера вечером по телевизору был журнал «Искусство». В разделе балета танцевала молодая знаменитость Большого театра Елена Рябинкина. Так легко, грациозно, что забываешь, что это танец. Удивительно!

Сейчас бабушка ставит тесто на пироги. Я иду учиться этому, а то не умею еще такой чепухи. Сегодня пойду к своим калужским девчатам.

19 января 1962 г.

(Лёля – Вите)

Вчера получила от Стелки телеграмму. 23-го я должна быть в Москве, а 27-го мы выезжаем в поход в Закарпатье. Совсем недавно я колебалась, идти или нет, так как я еще ничего не успела сделать, очень мало посмотрела спектаклей, фильмов, совсем не была в музеях. А лишь получила телеграмму, никаких раздумий не стало, моментально решила, что еду.

Вечером за мной зашла подруга Нелька, и мы пошли на концерт Волжского народного хора, но не достали билетов, и до половины двенадцатого бродили по городу. Она мне рассказывала, как эти полтора года жили девчонки из класса, ведь в их жизни произошли большие перемены14. Мы так промерзли! Ходили в капрончике, а ветер был какой-то пронизывающий, хотя температура плюсовая. Уже в полночь мы пришли к нам, отогрелись чаем, сели на теплую лежанку и проговорили до половины третьего.

В воскресенье автобусом в 6 часов мы поехали к Алке Новиковой в Обнинск. Езды три часа. Обнинск очень молодой город, немного напоминает Братск. Как они живут! Нет никакой мебели, спят на полу, сидят на чемоданах, стол – чемодан побольше. Очень хорошая у них атмосфера в семье: веселые, дружные ребята. Муж у Алки –замечательный парень.

Удивительно всем интересуется, причем его занимает именно суть вопроса. С ним интересно говорить. Своими вопросами он заставляет думать над тем, сложность чего ты никогда и не подозревала. У него полностью отсутствует привязанность к барахлу, мебели, тряпью. Ведь во многих семьях это занимает громадное место. Люди становятся рабами вещей, таскают их, нежат. А можно все это время, энергию и мысли использовать намного полнее и лучше. Люди становятся барахольщиками и мещанами очень незаметно для себя. Это особенно страшно, ведь если тебя сразу поставят в такие условия, то ты будешь возмущаться и избавишься от этого, если захочешь. А когда незаметно, то здесь нужно быть и бдительным и палку не перегибать.

Какое чудо наши девчонки! Они удивительно настоящие люди, современные и веселые. До сих пор я считаю себя страшно везучей. Ведь без этих наших девчонок (Лидки, Лорки, Алки), без Стелки, Инки и Динки у меня бы жизнь была бы очень неинтересной, а так – каждый день новое.

Колгушкин Михаил

МИШКА КОЛГУШКИН, С КОТОРЫМ НИКОГДА И НИГДЕ НЕ ПРОПАДЕШЬ

26 января 1962 г.

(Лёля – Вите)

Сегодня я узнала насчет похода. Мы выезжаем 30-го в 10:30 вечера. Едем до Львова. Маршрут похож на наш летний 1957 года, но сейчас на лыжах. Урал закрыт для походов из-за повышенной радиации. Карелия закрыта. Остается одно – Закарпатье. В эту зиму там очень много снега, в горах бывают оползни, заносы. Нас четверо едет и двое ребят – Мишка Колгушкин, очень находчивый, практичный и сильный парень, с которым никогда и нигде не пропадешь, и Борис Марысаев – его друг по работе. Кончил МИСИ на два года раньше нас. Берем палатку, спальный пуховый мешок на 6 человек, самодельный (наши девчонки сами сшили). Еще пилу, топор, продукты, посуду и т.д. Мы так ждем этого дня, когда снова поедем в поход далеко все вместе: опять рюкзак, костер, песни у костра.

В мое отсутствие Стелла купила вам два тренировочных костюма 46 и 48 размеров, потому что двух сорок шестых не было. Знаешь, как трудно достать тут тренировочные?! Свитеры достать еще труднее, но сегодня мама видела на Красной Пресне китайские по 32 рубля – из чистой шерсти, не грубые. Я завтра поеду с утра и, если будут, куплю. Если не куплю, то рискую тогда вообще не достать тебе свитер.

Мы со Стелкой сегодня купили магнитофон-радиолу «Казань-2». Мишка, правда, не одобрил. Завтра едем в поход в район Мишкиной дачи с ночевкой (с субботы на воскресенье). Будет генеральная репетиция.

Сейчас сажусь подгонять штормовку. Мама смеется и негодует: «Другие девчата покупают платья, шляпки, туфельки, а от вас никакого толку не будет. Вечно гоняетесь за тренировочными, да за штормовками, конца края не видно!». А штормовки достать действительно было трудно, да еще 46 размер, но Борис достал нам всем.
 

Колгушкин М.

МИХАИЛ КОЛГУШКИН

29 января 1962 г.

(Лёля – Вите)

Мы уезжаем завтра вечером, а еще ничего не сделано: надо сушить сухари, ушивать штормовку, ремонтировать рюкзак. Сегодня мы собираемся у Стеллы подгонять лыжи, покупать продукты, обшивать спальный мешок.

Субботу и воскресенье мы провели здорово: ездили к Мишке на дачу. Что за чудесные места вокруг его дома! Сплошные ели со снежными лапами, домики, как в сказке, чистый пушистый снег. Мы взяли с собой наш магнитофон-радиолу. Сначала ребята нашли множество недостатков в нем, но потом все недостатки были устранены, и у этой штуки оказалось много достоинств. Мы без конца записывались, проигрывали, устраивали всякие эксперименты со скоростями записи – в общем, без конца смеялись.

А знаешь, что за поход был? Мы вошли в холодную нетопленную дачу, когда уже совсем темно было. Затопили печку и пошли ставить палатку в саду. Понимаешь, мы должны были испытать палатку и все наше снаряжение. До 12 ночи мы провозились с магнитофоном, пропели, проели, потом из теплой дачи пошли в палатку. У нас общий спальный мешок на 6 человек из расчета 40 см на брата. Мы еле-еле разместились в этом мешке, пух лез в нос, рот, глаза, уши, без конца мы чихали. Было довольно тесно, но мы все же поворачивались по команде, правда после каждого поворота Стелка оставалась на весу, так как у нас было больше оперативности, и мы успевали занять ее место раньше, чем могла это сделать она. Заснули лишь в три часа ночи, а встали в 8 часов.

Утром мы позавтракали, ребята поехали смотреть расписание электричек для Динки, а вернулись со сломанной лыжей у Мишки (сломал нос лыжи). В 11 часов мы выехали все. Не проехали и 400 метров – отскочила заклепка на креплениях Стелкиных лыж, вернулись, заклепали ее крепление, подогнали мои и поехали опять на горы. Горы большие с трамплином. Съезжая в третий раз я здорово полетела и сломала нос у левой лыжи и потянула левую ногу. А Борька расщепил лыжу вдоль, Инка потянула ногу. Похохотали и поехали домой.

А вечером были в клубе МГУ на интернациональном вечере. Выступали кубинцы с песнями, испанцы танцевали. Очень хорошо пела девушка испанка с богатой выразительной мимикой, танцевала вьетнамская девушка. Это был вечер самодеятельности МГУ. Очень понравился.

Лёля (Елена) Михина

ЛЁЛЯ


Возвращалась в первом часу ночи. Дома беспокоились и здорово влетело. Уж про лыжу и ногу я молчала, а то бы был скандал. Одной без родителей жить намного лучше.

Сейчас еду покупать лыжи, потом – к Стелке. Собираемся все у нее.

1 февраля 1962 г.

(Лёля – Вите)

В пять часов утра мы были во Львове, в семь часов в кинотеатре при вокзале смотрели фильм «Вечера на хуторе близ Диканьки». Сейчас едем вшестером на 4 билета. Интересно – сойдет ли нам это с рук? Билеты очень дорогие – 3р.90к. Нужно быть тише мыши. Мы рассредоточились по разным купе, включая третьи полки. Во Львове было очень холодно с ветром и метелью, минус 150. В парке мы нашли ледяные дорожки, крутые и длинные, и с них катались. Вымокли ужасно. Через 6,5 часов должны быть уже в Ясенях.

2 февраля 1962 г.

(Лёля – Вите)

В поезде ходил контролер. Мы заговорили контролера, и все обошлось благополучно. В нашем купе ехал директор школы из Ворохты (20 км не доезжая Ясеней, куда мы направляемся). От него мы узнали, что 2-го января в Ворохте начинаются Всесоюзные соревнования по прыжкам с трамплина. После них наши прыгуны едут в Закопане (Чехословакия) на чемпионат мира. Спешно мы высадились в Ворохте. Остановились в школе. Выспались, а сейчас едем на трамплин. Там же сделаем костер и пообедаем.

3 февраля 1962 г.

(Лёля – Вите)

Вчера соревнований не было, перенесли на сегодня. Тут два трамплина – 50-метровый и 90-метровый, что означает: при всех данных птичьего полета прыгун может прыгнуть самое большое на 50 и 90 метров, то есть это расчетные максимальные длины прыжка. Когда стоишь на вершине разбега, то впечатление, что ты в небе.

лыжница

ЛЫЖНИЦА


Вообще, это спорт смелых и сильных. А как они прыгают! Мы смотрели на прыжки с различных точек. Сначала, на верхнем деревянном настиле спортсмен даже немного бежит, набирает громаднейшую скорость, едет до трамплина, сгруппировавшись в комочек, совсем присев, а в момент толчка он выпрямляется, вытягивается в струнку, слышен свист ветра, когда он летит. Иногда они падают. Это видно еще в полете – упадет человек, или нет. Когда падают у них бывают страшные лица, судорожные взмахи рук. Представляешь, каково это – падать с такой скоростью? Буквально лететь и вдруг разбиваться о землю. И следующий за ним очень смело едет, как будто бы на него не произвело впечатления падение предыдущего прыгуна.

В этой Ворохте прыжками с трамплина занимаются все школьники, начиная с третьего – четвертого класса. Так что человек десять за зиму ломают себе ноги, ключицы и другие кости. Это нам рассказал директор школы.

Нам надоело спать на полу в ожидании завтрашних соревнований, надоела цивилизация, и мы решили покинуть Ворохту. С гор мы накатались вдоволь. От многих возможных падений оберегал «подлип». А вчера играли в пинг-понг. Я запросто обыгрываю Борьку, не говоря уже об остальных. Играли часа три, а сегодня проснулись – все болит!

4 февраля 1962 г.

(Лёля – Вите)

Собираемся, выходим на Говерлу, хотя погода ужасная: ветер, вьюга, а что делается в горах?!

5 февраля 1962 г.

(Лёля – Вите)

Сегодня у нас была первая холодная ночевка. Вчера вышли поздно – в 2 часа, и стали углубляться на юго-запад в ущелье. С таким весом в гору идти очень трудно. Тебя буквально пригибает к земле, плечи ноют, как после укола. Но зато, какой тут лес! Сплошные ели, занесенные снегом, огромные. Много следов зайцев, лис и других животных. Тропили по свежему снегу. В 4 часа встали на ночлег. Место хорошее. Близко к реке, и есть готовая поленница очень сухих дров. Горы в тумане, а у нас в палатке тепло и сухо. Дней 5 нам предстоит идти по ненаселенке.
 

6 февраля 1962 г.

(Лёля – Вите)

лыжница

СКОРО В ПОХОД!


Мы сейчас на первом перевале! Здорово! С утра был туман, а потом солнышко разогнало его. И сейчас весь снег с вершин елей подтаивает и тихо-тихо сыплется вниз, только временами задевает сухие веточки, и они потрескивают. А с северной стороны елок остается полоска снега. Мы все время шли вдоль ручейков в юго-западном направлении. Дорога с завалами, идет все время в гору. Снег глубоченный! Каждый шаг дается с трудом. Сейчас ждем Дину и Мишку, они приотстали. Под снегом журчит ручей. С перевала покатили вниз. Наверное, будут жертвы в виде поломанных лыж. Спуск намного хуже, чем подъем. На спуске упала три раза.

7 февраля 1962 г.

(Лёля – Вите)

Вчера мы спускались быстро и слишком забрали вправо. Теперь надо немного возвратиться назад и идти по ущелью, которое идет на юго-запад вверх. По идее, через два дня должны выйти к Говерле. Вчера ночью небо до того было звездным, что казалось – число звезд увеличилось вдвое. И они очень яркие!

Наша обычная лежанка: сначала кладем сухие ветки здоровые, потом все мельче и мельче, потом покрываем их лапником, потом кладем палатку, в нее всякие телогрейки, шмотки, а уж потом – спальный мешок. Голова наружу, здорово, но тесно. Спать надо на боку и поворачиваться по команде. Сейчас, правда, придумали другой способ: четверо – в одну сторону, двое – в противоположную.

Ночью сегодня пошел сильный снег. Утром встали обледеневшие и сырые. Все небо в тучах, горы в тумане, начинается буран. Хорошо, что недалеко мы нашли какой-то коровник. Здесь летом пасут скот. Устраиваемся на ночлег, а кругом такой ветер, и так метет, что мы считаем себя счастливчиками, отсиживаясь здесь.
 

8 февраля 1962 г.

(Лёля – Вите)

Сегодня был очень трудный день. С 11-ти часов мы полезли на новый перевал по ручью. Сначала шли на лыжах безо всякой дороги, шли через сплошные завалы и довольно круто. Потом пришлось снять лыжи и идти пешком. Устали страшно, а останавливаться нельзя: при остановке моментально мерзнет спина, руки, ноги, потому что все мокрое.

Марысаев Борис

БОРИС МАРЫСАЕВ


Мы вышли на перевал. По нему как раз проходила старая польско-чешская граница. Этот перевал намного выше предыдущего. С него открывается такой вид… Сплошные горы – лесистые и снежные, ни одного просвета не видно. Ветрище на перевале страшный! Мы мгновенно замерзли и стали спускаться вниз, а это очень трудно: снег разной глубины. Немного спустившись, наткнулись на пастушьи кошары – очень приличные сараи. Сейчас мы уже сидим внутри кошары, уже поели и укладываемся спать.

9 февраля 1962 г.

(Лёля – Вите)

Сегодняшний день начался спуском с перевала. На первых же шагах я сломала лыжу – начисто носок у правой лыжи. А до этого у левого носка отколола щепку здоровую. Но мы люди запасливые и взяли на всякий случай пару детских лыж по полметра длиной. Их приделали к моим обрубкам и получили снова целые лыжи.

Мы сегодня должны дойти до избушки, которая стоит в дне хода от подножия горы Говерлы. А продуктов у нас осталось на три дня.
лыжный поход

10 февраля 1962 г.

(Лёля – Вите)

Вчера мы в первый раз за 5 дней встретили людей. Сразу после спуска мы вышли на заброшенную узкоколейку. Прошли по ней 3 км и вышли к лесничеству ст. Лазенщина. Здесь и сейчас идут лесоразработки. На лошадях лес волоком доставляют с гор, грузят на лесовозы, а потом – на ж/д платформы и подвозят к узловым станциям.

Мы прошли турбазу, приют, остановились в недостроенной конюшне. Погода ясная, солнечная. Сначала пойдем на лыжах, потом пешком. К нам подошли какие-то типы, спросили маршрутную книжку или паспорт. Записали все данные с паспорта Бориса и чуть не заставили сойти с маршрута (мы же не оформляли его, да еще идем не спеша, иногда выходим поздно, становимся на ночлег рано).

Оказывается Закарпатье зимой – первый район по смертности туристов.
 

11 февраля 1962 г.

(Лёля – Вите)

Вчера мы каким-то образом умудрились идти от приюта до Говерлы не всем известной дорогой, а ущельем, где сам черт голову сломит. И встали на ночлег уже поздно на совершенно вертикальном склоне, найдя какую-то плешину. Разложили костер, организовали спальное место. Долго и упорно сушились, сожгли пару бахил, кожаную рукавицу и в одиннадцать легли спать. Утром лишь в десять проснулись. Речка близко. Мы помылись, постирались, сварили, поели, а уже – 3 часа дня.

Знаешь, у нас весь день с утра до вечера – сплошной смех. Борька очень веселый и остроумный парень. У него уже сыну 3 года, но тем не менее он большой фантазер, очень любит смеяться. И вот, мы только этим и занимаемся: смеемся, едим, спим и ходим по бездорожью по 4-5 часов в сутки.

кинооператор

МИШКА УМУДРЯЕТСЯ ЕЩЁ И СНИМАТЬ НА КАМЕРУ


В 3 часа все наши пошли на разведку – посмотреть, где Говерла. А мы с Инкой остались хозяйничать. Знаешь, какую су-шину мы с ней спилили? В диаметре 80 см. Мы пилили ее с одной стороны, потом стали пилить с другой, а потом, когда надпилы сошлись, мы стали стучать по ней топором, но она все не поддавалась. Тогда мы принялись пилить ее по 10 движений, потом стучать топором. И вдруг на втором десятке она стала хрустеть. Мы побросали пилу и топор и – в разные стороны. Оглянулись, а она стоит. Тогда мы подсунули в разрез топор и двинули им как рычагом, и она, миленькая, рухнула. Вершина ее легла на противоположный берег речки. Короче, мы с Инкой просто измучились с этими дровами, зато ребята потом долго удивлялись и восхищались нашей работой: обеспечили дровами и вечер и утро.

13 февраля 1962 г.

(Лёля – Вите)

Сидим в Устье Говерлы – это такая небольшая деревушка гуцульская – и дожидаемся поезда на Рахов. Здесь ходит малюсенький паровозик с двумя игрушечными вагончиками.

покорительницы Говерлы

НА ВЕРШИНЕ ГОВЕРЛЫ


Вчера мы взяли Говерлу. И это было очень трудно! Утром был только снег, а часам к 12-ти вдруг поднялся ветер. А мы уже шли на перевал между Говерлой и Петросом. Подъем был крутой и очень трудный. Встретили туристов – одесситов. Они сказали, что в такой снег и ветер мы ничего не найдем, и что, вообще, в такую погоду вершины не берут, но мы пошли. Спрятали рюкзаки и пошли вверх по склону на лыжах. Снег впивался иголочками в лицо и не давал подниматься, но мы шли и шли вверх, стараясь, чтобы ветер не дул в лоб. Через час подъема мы оказались на вершине. Выше, вроде, некуда было подниматься, но Борька сказал, что это не она. Он раньше уже был на ней. Мы решили искать. Это сказать только хорошо «искать». А как ее искать, когда в 3¬-5 метрах ничего не видно. Мимо нас облака плывут, а мы в них, в снегу, в тумане, в ветре! Мы спустились с этой вершины и пошли просто по склону, и совершенно случайно, стараясь миновать ветер, натолкнулись на хребет, который вел на Говерлу. А знаешь, какие там карнизы были?! Неопытные моментально бы погибли, а мы шли осторожно. Перед хребтом мы оставили и лыжи, воткнув их в снег. Лезли целый час. Снег глубочайший, ветер, а Мишка еще умудрялся заходить вперед и снимать на кинокамеру.

Устали ужасно, но Говерлу (вершину) все-таки нашли. Взяли имеющуюся там записку предыдущей группы из Каунаса, положили свою, съели на радостях шоколад, снимались на фото и кино, и наконец, прыжками начали спускаться. Спустились до лыж минут за десять. А как встали на лыжи, начались постоянные падения и… смех.

лыжный переход

ТРУДНОСТИ ПЕРЕХОДА


Погода прояснилась, вышло солнце, и вот мы уже покатились. Я опять сломала правую лыжу, сделав при этом сальто. Пришлось спускаться дальше на одной лыже, но почему-то падать стала меньше. Так и шла семь км на сломанной лыже и с рюкзаком, не отставая.

В приют мы пришли в 6 часов, устроились на чердаке – мест не было, так как никого из приюта не выпускали в такую погоду. На нас смотрели как на чудиков, и очень(!) уважали за «геройский» поступок.

Все это было вчера, а сейчас в школе мы будем печь блины, так как нет ни кусочка сахара, ни крупы. Поедим сала с сухарями и блинов. А здорово нас устроили в этой школе! Ничего не спросили, моментально завхоз школы открыл ее и пустил в класс.

14 февраля 1962 г.

(Лёля – Вите)

Мы в Рахове. Провели чудесно день. Хорошо поели в столовке с горячим вином, были на базаре, были в кино, помылись в душе, снова поели в столовой и теперь в школе укладываемся спать. Рахов очень аккуратненький городок, приютился среди гор. Улицы чистые и дома тоже, все в рядок, вплотную. Местные жители ходят в национальной одежде. Масса туристов. Завтра мы двинемся к Близнецам, к городу Ясеня – 12 км непрерывного подъема в гору. Здесь тепло, снега нет, лужи, никто не одет в зимние пальто. В Рахове все продукты есть. В магазинах народу никого, обслуживание замечательное.

15 февраля 1962 г.

(Лёля – Вите)

Мы изменили маршрут из-за погоды: едем в Киев на два дня, а потом в Калугу до 23-го, возможно.

28 февраля 1962 г.

(Лёля – Вите)

Чем меньше остается времени до отъезда, тем быстрее оно летит и тем острее чувствуется его недостаток. Меня дома не видят с утра до позднего вечера: мы бегаем по музеям, магазинам, по театрам. Погода в Москве сейчас чудесная, ранняя весна. Ночью, правда, –20 и ниже, а днем на ярком солнце все тает, высыхает асфальт. Вечером голубые сумерки и огни улиц.
лыжница
В ночь с 23-го на 24-е мы ездили в Поваровку к Мишке на дачу. Это был заключительный аккорд нашего похода. Весь день катались с гор, учились слалому. Вернулись мокрые до ниточки, но кое-чему научились. А 25-го, в воскресенье, ездили на лыжах вчетвером: Стелла с мамой и я с мамой. Катались и не падали, и это хорошо!

Были уже в трех театрах за это время. Сегодня идем в дом актера на «Несущую в себе». На первое, третье и четвертое есть уже билеты, а на пятое, шестое и седьмое я еду в Калугу. Уезжать немного не хочется, потому что пока мало видели. Тренировочные костюмы постараюсь достать. Труднее всего достать электробритву. Езжу по утрам в «Элетротовары», но пока безрезультатно.

5 марта 1962 г.

(Лёля – Вите)

Скоро уже увидимся, уезжаем отсюда 11-го марта в 3 часа дня. Немного грустно. Грустно от того, что после похода мы жили здесь интереснейшей жизнью. Каждый день, вечер приносил столько знаний и счастья. Мы в отчаянии, что мало успели за отпуск посмотреть. Время, проведенное в Москве до похода, вычеркнулось, и потому кажется, что в Москве мы были всего лишь с 20-го февраля. Сейчас время бежит с космической быстротой. Все дни мы проводим в музеях и театрах. Еще бы месячишко – тогда бы хватило. Деньги кончились, влезли уже в долги.

В зале Чайковского мы слушали «Реквием» Верди на итальянском языке. Вещь довольно трудная, доходили лишь отдельные места. Совершенно случайно я попала на творческий вечер Роберта Рождественского в конференц-зале Политехнического музея. Обворожительный парень, неуклюжий и боевой, страстный путешественник. А что у него за стихи! Атмосфера в зале была чудесной. Во-первых, исключительно молодежь, хорошо знающая и любящая его стихи. Вопросы сыпались из зала. Он отвечал, чуть заикаясь, остроумно. А стихи свои читает классически: нет лишней жестикуляции, ударений, лаконично и чеканно.

А как сейчас ходишь по Третьяковке! Забываешь о времени, упиваешься Перовым, Левитаном, Репиным, Поленовым. Как жаль, что все остается здесь!

6 марта 1962 г.

(Стелла – маме).

Едем мы где-то между Новосибирском и Красноярском. Осталось нам валяться ещё 2 дня. Мы здесь здорово отдохнём перед новым трудовым годом. Это совсем не лишнее после большого отпуска. Едем, едем и едем… Ничего позади, ничего впереди. Хорошо! Полная отрешенность. Да, я подсчитала, пока ехала: за время отпуска, кроме трёхнедельного похода в Закарпатье, я посмотрела 19 спектаклей, 17 фильмов и 9 раз была в музеях.

Хоронов Иосиф Ефимович

РУКОВОДИТЕЛЬ ГРУППЫ САНТЕХНИКОВ XOPOHOB ИОСИФ ЕФИМОВИЧ (В ЦЕНТРЕ)

22 марта 1962 г.

(Стелла – маме)

Работы очень много. Производство же не может страдать из-за нас – проектировщиков, а оно страдает, потому что проекты, нужные для производства работ, не разрабатывались. Опять сели за генплан промбазы ЛПК. Строители – проектировщики многие объекты переставили на генплане, и придётся снова переделывать нашу водопроводно-канализационную часть.

Доехали прекрасно. Начальник отдела Камбер прислал за нами грузовую машину. Еле разместили свои вещи и себя. В Братске всё по-старому, такое впечатление, будто и не уезжали вовсе. Сразу же нас назначили агитаторами на выборы 1 апреля. Наши сокурсники по английскому языку ушли далеко вперёд, и нам теперь догонять и догонять их.

Сейчас лечусь, в Москве было некогда. Делаю уколы, кварц и т. д. Для ушей. Погода здесь замечательная: очень спокойная и хорошая. К нам в комнату поселили двух девушек: одна – подружка сестры Володи Соловово – учительница, а другая – крановщица, художница-самоучка. Девчата хорошие, живём дружно.

10 апреля 1962 г.

(Стелла – маме)

Уши уже не болят – сделала 5 переливаний крови, 5 кварцевых облучений. К зубному врачу пока не ходила, а надо этим заняться. Как только приехали, началась активная деятельность на комсомольской стезе. Пришлось выполнить массу дел как агитатору, как члену комитета и как просто комсомольцу. Вчера ещё был воскресник в помощь сельскому хозяйству. Работали очень весело, с песнями.

Что я ещё делаю? Шью, читаю книги, газеты, журналы (выписали «Иностранную литературу», «Науку и жизнь», «Технику молодежи», «Водоснабжение и санитарную технику»), занимаюсь английским и специальностью, гоняю на велосипеде, слушаю магнитофонные записи, принимаю гостей, пишу письма, варю обеды и т.д. Пришлось даже установить режим дня. Утром с 7-30 до 8 – зарядка, с 5 вечера до 6-30 – отдых, обед, газеты, с 6-30 до 9 – занятия, с 9 до 11 – всё остальное, с 11 до 12 – художественная литература. Суббота – отдых. Только, если жестко соблюдать режим, можно что-нибудь успеть.

Про работу писать не буду. Полное повторение работы над генпланом, профилями и деталировками. Опять та же спешка, но мы не поддаёмся, не остаёмся вечерами, в выходные не работаем.

Хоронов и Камбер надумали уходить на пенсию. Мы тоже стали подумывать по одному перебираться в Москву – всех всё равно не отпустят. Первой у нас собирается Дина. Через полгодика ещё кто-нибудь.

25 апреля 1962 г.

(Стелла – маме)

Мошки пока нет, и очень здорово кататься на велосипеде. Вчера ездили за черёмухой. Она такая же, как на западе.
Недавно к нам приезжал виолончелист Фейгин, лауреат конкурса им. Чайковского (2 место). Получили огромное удовольствие. Ему в Иркутске не советовали сюда ехать – не поймут, мол. Им, якобы, циркачей давай. А его ещё как поняли! Потом наши мисийцы пригласили его к себе. Он много рассказывал о себе, о конкурсе, а они ему – о стройке. Он восхищался и преклонялся перед нами, а мы перед ним. Простой, довольно, парень. Приём ему очень понравился.

24 мая 1962 г.

(Стелла – маме)

Что у нас нового, ты и сама, наверное, знаешь: представитель нашей коммуны уже в Москве. Как Дина себя чувствует и что делает, пока не знаем. Мы же чувствуем всё время, что нам её сильно не хватает. Завтра у нас открытие навигации – идем на плотах по Вихоревке. Будем купаться в море, кататься на великах. Только к осени можно будет подумать об отъезде.

Не рассказывала ещё вам о майских праздниках. Сейчас впечатления немного сгладились. Было очень интересно! Получился как будто большой поход и, главное, сделали много открытий для себя. Во-первых, Красноярские Столбы – великолепнейшее, красивейшее, интереснейшее место в нашей стране. Если жить в Красноярске, можно всю душу отдать им. Очень увлекательная штука – сами столбы и места кругом красивые. Побывали в котловане Красноярской ГЭС и в Дивногорске. Дивногорск похож на Братск, но уже гораздо более обжитой, благоустроенный и красивый. Особенно красивое бетонное шоссе из Красноярска в Дивногорск. У нас таких дорог нет и не будет. Ездило нас опять 6 человек (четверо нас и двое мальчишек). Провели отлично 5 суток. Съели там торжественно ананас и огурец из посылки. Сейчас редко приходится лакомиться. Картошку сегодня с горем пополам купили. Есть ещё у нас гречка, тушенка – пока живём.

По комсомольской линии у меня много работы: организую политзанятия по 22-ому съезду партии, готовлю комсомольское собрание Управления Братскгэсстроя (доклад, в основном) по 14-му съезду комсомола, организую воскресники каждую пятницу на наш клуб «Ангара» и т.д. Это отнимает массу времени. Наконец, производственную базу ЛПК снова выпустили. Было несколько напряженнейших дней по увязке всех частей проекта. Сейчас пошла спокойная работа.

(После отъезда Виктора на Дальний Восток на военные сборы Лёля пишет ему из Братска)

24 мая 1962 г.

(Лёля – Вите)

Вчера был комсомольский актив Братской ГЭС. Сначала выступил секретарь ВЛКСМ Скрыпников. Как автомат, прочитал все о съезде. Много воды, очень неинтересно. Потом сказал о наших успехах, потом о недостатках, которые имеются наряду с успехами. Все гладко и хорошо. А в прениях были неплохие выступления, правда, немного. Большинство выступлений начиналось с цитаты Хрущева, и дальше – все подряд, совсем не связанное с этой цитатой. Всех тронуло выступление бригадира строителей ЛЭП-500. Они сейчас на таком участке работают, куда можно добраться лишь по железной дороге. Нет ни селений, ни автодорог. Один раз в два месяца им привозят фильмы. Набор продуктов, которыми их снабжают: хлеб, макароны. Нет ни масла, ни мяса, нет столовых. Выступал он очень горячо и взволнованно. Просил помочь. Комсомол нашего Управления решил взять шефство над ЛЭПовцами.

Собираем материалы для поступления в аспирантуру. У меня тема: «Выбор наиболее экономичного типа гидроизоляции водопроводных труб». Знаешь, часы работы у меня идут быстро, зато вечера тянутся черепахой. В воскресенье на ЛПК будут соревнования по легкой атлетике. Я тоже буду участвовать. Нам нужно готовить доклад о 14-м съезде комсомола к комсомольскому собранию нашего Управления. Хотим подготовить его нестандартно. Готовим все вместе, втроем.

30 мая 1962 г.

(Лёля – Вите)

До конца работы осталось 17 мин. Сейчас у нас будет комитет, на котором будет обсуждение нашего доклада. Мы работали над ним почти 3 дня, но ничего хорошего из этого не вышло. Получился стандартный шаблонный доклад, скучный и неинтересный. Мы утешаемся лишь тем, что больше нам не нужно прорабатывать материалы этого съезда.

В воскресенье были соревнования по легкой атлетике на ЛПК. Они мне понравились. Как всегда, подготовка и проведение были сырыми, слабыми, но народу было очень много – и зрителей и участников. Даже девчонок было по 12-14 человек по каждому виду. Я толкала ядро. Результаты ерундовые, но место какое-то призовое. Потом прыгала в длину. Перед этим очень точно разметила разбег и прыгнула лучше всех — на 4,32 м. А после меня у другой девочки – 4,11. Зато к финалу сказалась нетренированность. Я очень выдохлась и прыгнула на 4,05. В высоту мы с девочкой этой разделили первое место, а стометровки не было вообще, потому что не разметили дистанцию. Девочки из ТЭРа попросили тренировать их по легкой атлетике, но я же на ЛПК не бываю почти совсем.

Вечером мы ходили за ГЭС, искали черемуху. Нарвали много-много. И знаешь, где? На обрывистом левом берегу. Почти на вертикальной стенке. Лезли сначала втроем, но очень страшно и трудно. Я долезла и нарвала целый ворох. Какая черемуха! Мы по дороге половину раздали. Она здесь еще редкость. И еще мы нарвали на скалах невзрачные желтенькие цветочки с сильным запахом резеды. Погода была интересная. Когда мы пошли, был страшный ветер и пасмурно. А возвращались обратно – весь правый берег и плотина были залиты солнцем, а в небе розовые легкие облачка бегут быстро-быстро, как парусники по белым перистым облакам, которые стояли почти на месте.

Завтра надо рано встать – хотим посадить у общежития каждый по деревцу.

31 мая 1962 г.

(Стелла – маме)

Я уже знаю, что Дина приезжала к тебе и всё о нас тебе рассказала. После её отъезда был у нас устный журнал «Глобус», в котором участвовали гости из Мосфильма.

Море очистилось ото льда, и уже люди купаются. Скоро откроется лодочная станция. Распустилась черёмуха, отошли подснежники и появились замечательные цветы Сибири – жарки. Дуют сильные ветры. То холодно, то жарко – до 26-ти градусов. Если будете что-нибудь посылать, то не забудьте 1-2 кг лука. Завтра поедем на рыбалку, а недавно мы были в пионерском лагере, готовили его к приёму детей – это наша шефская работа.

1 июня 1962 г.

(Леля – Вите)

Первый день лета, а у нас с утра шел сильный снег, холодно. Деревья пустили уже листочки, и они все в снегу. После работы мы ездили с Инкой на великах на остров Сосновый за черемухой для нашего руководителя группы Хоронова. Это вниз по Ангаре за плотину 5 км. Сосновый раньше был островом, а теперь он соединен дамбой с левым берегом. Остров очень европейский: заросли черемухи, луга, немного сосны.

А на обратном пути мы решили дополнительно нарвать черемухи на той скале, где раньше рвали. Ну и скала! Мы выбрали очень плохой путь: по крутой, отвесной стене. Снизу казалось, что камни образуют порожки, а на самом деле они сильно расшатаны. Два раза я почти срывалась. У Инки дела обстояли лучше, а мне пришлось слезать с половины высоты, так как вверх лезть было совершено невозможно. Я даже думала, что не спущусь обратно. Все обошлось.

Похвалюсь: какие подъемы я брала на велике! Машины еле-еле пыхтят в гору, и я еду на той же скорости, стоя на педалях. Инка даже восхищалась.

4 июня 1962 г.

(Лёля – Вите)

Сейчас первый час ночи. Только что прошёл сильный тёплый дождь, на улице здорово, на крыльце сидят Юрка из 9 комнаты с Колей Лосевым, играют на гитаре и поют. Довольно хорошо поют.

Я попала в сборную по лёгкой атлетике от Братска. От ЛПК попали двое: какой-то мальчишка и я. Собираются везти нас в Иркутск, но не знаю, отпустят ли с работы.

Расскажу, что мы делали в воскресенье. Галя, учительница по физике, пошла принимать экзамены у десятиклассников, Стелка с Инкой отправились к одним молодожёнам из ГИДЭПа переписывать новые записи на магнитофон, а мы с Люсей (крановщица, которая хорошо рисует, девчонка превосходная) взяли удочки и поехали на велосипедах на Сосновый остров удить рыбу. На реке было холодно из-за сильного ветра. Я мечтала загореть, но солнце капризничало, мне это не удалось. А рыба, проплывающая мимо моего крючка, болтающегося в воде, была на редкость умной, и форма червя, нанизанного на мой крючок, не внушала ей никакого доверия. Так что я осталась без рыбы, зато нарвала много щавеля и получились отличные щи. А Люся поймала 10 пескарей, глупых и маленьких, и мы из них сделали уху. Вечером слушали новые записи: из «Серенады солнечной долины», «Человека-амфибии», «Америки глазами французов».

Статью в «Комсомолке» мы прочли. Мы знали об этой группе ещё раньше, в Киеве. Они шли точно по нашему маршруту. А мы в это время, в непогоду, уже сидели в Рахове. То, что произошло с ними, ужасно! Виноват, конечно, руководитель и сильные ребята, которые оторвались вместе с руководителем. Им даже нет оправдания. Уж если рискнули, то о группе надо было помнить всё время. Наверное, руководителя посадят.
Лёля в Братске

8 июня 1962 г.

(Лёля – Вите)

Опишу, как мы живём. Утром мы с Инкой бежим до стадиона, там делаем зарядку, спускаемся к морю и возвращаемся домой. Очень здорово! Море каждое утро разное, всегда новое. Совершенно, как настоящее. В день оно поднимается на 5 см. На стадионе делаю ускорение, дриблинг, прыгаю, поддерживаю хоть какую-то спортивную форму. После работы играем в пинг-понг в Проектной конторе. От аспирантуры я отступилась. Девчонки, глядя на меня, тоже. Просто мы не успели бы подготовиться, а на авантюру идти – это слишком несерьёзно.

Сейчас читаю фельетоны Михаила Кольцова. Он пишет о революционном времени, о первых годах Советской власти. Читать интересно и немного смешно. Например, он с гордостью и очень торжественно описывает пуск Шатурской ГЭС. Называет цифры её мощности, описывает ликование народа. А по сравнению с сегодняшними цифрами мощностей ГЭС, она – просто малютка.
Вчера на Братск налетела саранча. Наверное, не веришь? Но это правда. Самая настоящая саранча. Она очень гадкая, и её было страшно много. Сначала мы приняли их за стрекоз, но у них туловища толще и короче, чем у стрекоз. Они летели полосой метров 15 шириной, а в высоту метров 20, летели от моря к посёлку Индивидуальный. Зрелище неприятное и даже страшное.

От Динки мы получили 2 письма и посылку. Наслаждается театрами, выставками. На работу ещё не поступала. На ЛПК я не была с понедельника, поеду только на следующей неделе.

8 июня 1962 г.

(Стелла – маме)

Вчера получили посылку от Дины и Инниной мамы. Как раз, ко времени. У нас всё кончилось.

Погода у нас стоит отвратительная: то тепло, то холодно, то солнце, то целый день дождь. Это влияние моря, которое поднимается каждый день на 5 см. Море очень красивое, вода кажется чистой. По городу ходят моряки – открыта навигация. Можно за 2 дня доплыть до Иркутска. Цветут жарки. Благоустраиваем город – цветы, асфальт. Скоро приедет много делегатов из разных стран на научную конференцию по гидростроительству. В прошлое воскресенье Лёля с Люсей ездили на велосипедах удить рыбу на Ангару. Сварили уху.

Работаем потихоньку. Большой работы по водоснабжению и канализации не наклёвывается. Мечтаю пойти работать на крупную очистную станцию. На проектирование снова идти не хочется. Сейчас многие уезжают. Осенью и мы предпримем такую попытку. Центр строительства переносится на ЛПК и Усть-Илимскую ГЭС.

16 июня 1962 г.

(Лёля – Вите)

Настроение у меня превосходное! Через 3 часа я еду на велосипеде на слёт туристов. Он будет на берегу моря сегодня и завтра. Должен быть интересным и весёлым. Завтра будет эстафета. Я выступаю от Управления Братскгэсстроя. В эстафету входит велосипед по просёлочной довольно узкой дороге. Кроме того, нужно будет разбить бивуак с палаткой и костром и сварить ведро каши, а также съесть эту кашу. Всё это – на время. В команде всего лишь 8 человек: шесть ребят и двое девчат. Боюсь лишь каши. Завтра же будут соревнования по легкой атлетике на Правом Берегу. Я, хотя и включена в заявку, но не поеду.

Вчера мы дежурили по городу. Попали в подчинение к секретарю комсомольской организации Управления Братскгэсстроя Коле Михайлову. С ним мы поняли, кто такие дружинники, и как надо дежурить. Главное, не быть равнодушными. Мы буквально всё время что-то делали: то пьяных провожали, то проверку общежитий делали. Очень интересно! Домой пришли в час ночи.

16 июня 1962 г.

(Лёля – Вите)

Напишу более подробно о дежурстве. Стелла патрулировала на велосипеде. Подъехала и доложила, что у аптеки лежит пьяный. Мы подошли, он спит. Мы его разбудили, Коля с ним поговорил. Как будто, он согласился, что нужно идти домой. Отошёл и давай ругаться. Тогда мы его взяли и повели в штаб дружины. Сразу спесь, как рукой, сняло – стал умолять, плакать, грозить. Навстречу четверо парней, в карманах бутылки. Он – к ним: «Братцы, спасите! А те: «Мы его не знаем, идём своей дорогой». Привели его в штаб. Оказалось, у него не первый привод, и уже есть повестка в суд. Короче, сдали его в милицию и написали в организацию, где он работает.

Вечером играем в настольный теннис. Я всех обыгрываю, за исключением одного мальчишки: он играет разнообразнее, чем я, но защита слабая. Вчера играла с заместителем Главного инженера Братскгэсстроя. Выиграла, и сегодня наш начальник шутливо упрекнул меня в отсутствии такта и в спортивном азарте. Ещё занимаемся печатаньем фотографий. Достали глянцеватель, карточки – загляденье.

18 июня 1962 г.

(Лёля – Вите)

Напишу тебе о слёте.

Место слёта – Падунский полуостров, на берегу моря: от поворота на Зелёный город три километра вправо по берегу моря. Мы приехали туда в 9 часов вечера, причём Стелка с Инкой ехали с Падуна, а я – с ЛПК. Остров живописнейший! Он на возвышенности, лес, цветы, кругом море. На въезде в лагерь – надпись огромными буквами из берёзовых молодых стволов: «АЛИБЫК». Под этой надписью снятый с МАЗа символ– вздыбленный бык. Между деревьями – палатки, самодельные плакаты, рисунки. Народу – больше 100 человек. Поели каждый у своего костра, а потом был общий костёр, где состоялись конкурсы:

1.На лучшего исполнителя «хула-хуп» – кручения обруча. 1-ое место заняли мы. Потом под придуманную песню о хула-хупе мы парами исполняли чарльстон, а посреди круга одна девчонка крутила обруч. Потом был шутливый конкурс мужской и женской красоты. Места присуждались путём логарифмирования нескольких коэффициентов: коэффициент лопоухости, коэффициент лапчатости, коэффициент обнаженности и др. А потом пели песни. Погода была исключительная, а мошки пока нет.
2.Наутро были соревнования. В них принимали участие 6 команд, в каждой по 6 ребят и 2 девочки. Я была в команде Управления Братскгэсстроя. Первым соревнованием было ориентирование – прохождение закрытого маршрута. Капитан получал листок со всеми азимутами и расстояниями. Нужно было по этим данным выйти на первую, потом на следующую точку и т. д. Номера точек написаны на деревянных плашках. Она лежит себе где-нибудь под кустом на земле, и попробуй её найди! Первую точку мы искали минут 20. Три раза возвращались на исходную, брали снова по компасу азимут и шли опять. Короче, километровый маршрут мы прошли за 95 минут. Устали страшно. А с последней точки бежали до финиша метров 400. Устала так, что думала, в эстафете уже участвовать не смогу. В перерыве между ориентированием и эстафетой катались на вёсельной лодке по морю.

Теперь расскажу про эстафету.

1-ый этап – парень, велосипед по плохой дороге.
2-ой этап – парень по бурелому чешет к берегу моря.
3-ий этап – спуск к морю по бревну длиной 10 метров над водой, затем спуск по верёвке на карабинах – тоже парень.
4-ый этап – парень плывёт на лодке 50 метров.
5-ый этап – парень лезет по скале наверх на берег.
6-ой этап – девочка бежит через бурелом.
7-ой этап – парень несёт эту девочку 20 метров.
8-ой этап – другая девочка бежит 70 метров.

У меня был последний этап. Сначала мы думали, что от моего этапа уже ничего зависеть не будет. А оказалось, мне и другой девочке передали рюкзаки одновременно Я обогнала её, и в своем забеге мы заняли 1-ое место, а общее – лишь 4-ое. Костер с кашей оказался трудным орешком.

Потом был футбол!!

Я уже вконец устала и, вообще, боялась играть – ни разу серьёзно не играла. Но решили так: если здорово устану, меня заменят. Состав команды – тот же. На ворота поставили девочку. Я была центральным защитником. Сначала я всё приглядывалась к игре, а потом… Играли мы совершенно серьёзно. Сначала с командой «Котлован». Комментатор очень весело и остроумно через мегафон освещал матч. Оказалось, по общему мнению болельщиков да и наших игроков, я – прекрасный защитник. Я даже часто играла головой. Носилась по полю у ворот. Не давала играть лучшим нападающим команды противника, даже обводила звезд. Всё это только благодаря смелости. Например, у ворот потасовка, толкучка, наши никак не могут забрать себе мяч. А я неожиданно влетаю и мяч уже летит на угловой или в аут. Комментатор в первой игре сказал: «Команда Управления строительством в лице товарища в белой майке нашла достойного защитника своих ворот».

С командой «Котлован» мы сыграли со счётом 3:1. Вторая игра была команды «СКЛИФ» со сборной г. Постоянного. «СКЛИФ» играл очень нахально и обыграл со счётом 2:0. Потом был финал: мы со СКЛИФом. Первый тайм закончился со счётом 0:0. А во втором 2:0 в нашу пользу. Я до того зло играла, что брала такие мячи, которые и парень иной раз не возьмёт (так комментатор выразился). Например, они ударяют от своих ворот, а я принимаю мяч головой, и он летит опять к ним. Ребята говорят: «Всегда теперь с нами играть будешь» А комментатор узнал мою фамилию и сказал: «Михина стоит железно. Через неё не прошёл ни один мяч». А СКЛИФы всё время злились на то, что я не давала играть их лучшему нападающему. И не думай, что я хвалюсь. Это ещё небольшая доля восторгов публики, выпавшая на мою долю. Наши девчонки считают меня талантом, ходят гордые.

Одно но… В результате всех этих игр ноги мои – сплошной синяк и, самое неприятное, – растяжение правой стопы. Не могу на неё наступить и на работу не пошла.

После окончания слёта мы поехали домой на великах (думали, в машину не войдём). Я с трудом, но ехала. Потом нас нагнали наши машины и забрали. Вот такой классный слёт был!!

Сегодня, в понедельник, со слов девчонок, разговоры лишь о нём, и все восхищаются моей игрой, что я, хоть и девчонка, но такая смелая. А я лежу. Была врач, направила к хирургу. Да, мы вчера даже плавали в море, вода была ужасно холодной.

20 июня 1962 г.

(Лёля – Вите)

У нас, по-видимому, с сегодняшнего дня установилось лето. На улице страшная жара, а все по привычке одеты по-весеннему и страдают.

Я в эти три дня очень хорошо отоспалась, чувствую себя прекрасно, вот только нога не даёт возможности быстро ходить. Мы всегда очень поздно ложимся спать. Вчера, например, Стелка писала заметку в газету «Огни Ангары» по просьбе редакции о слёте туристов, Инка переделывала пальто, я глянцевала карточки, две другие девочки пришли в первом часу ночи. Утихомирились в час. И так каждый вечер. Времени ни на что не хватает!

Сейчас читаю книгу «Канада, пахнущая смолой» – о племенах, живших на территории Канады, об её освоении, о современной Канаде. Очень нравится.

Завтра иду на работу. Получу нагоняй за ногу от Хоронова. Он уже выговаривал девчонкам за это: «Хулиганство и детство – игра в футбол», да мне он ничего плохого не скажет – знаю, лишь посмеётся. В субботу к нам приедут на поезде посылки от родителей. Так что, живём!..

отдел сантехников в Братске (1962)

.НА КРЫЛЬЦЕ ПРОЕКТНОЙ КОНТОРЫ. НАШ ОТДЕЛ САНТЕХНИКОВ

23 июня 1962 г.

(Стелла – маме)

У нас уже все в отпуске. В отделе мы сидим втроем. Погода замечательная – жара 30 градусов. Я уже успела сгореть и облезть. Мошки ещё нет. Все ждут, появится она в этом году или нет. Она выводилась на порогах, а сейчас пороги затоплены и, возможно, её не будет. Я занята больше общественными делами, чем основной работой. Скоро комсомольское собрание, его надо организовать, будем обсуждать шефство над комсомольцами – строителями ЛЭП.

В субботу и в воскресенье у нас был очередной слет туристов. Мы поехали туда на велосипедах, принимали самое деятельное участие. Таких интересных слётов даже в МИСИ не было! Катались по морю на лодках, вода чистая-чистая и очень холодная, но мы купались, и не один раз. Завтра, в субботу, опять поедем в поход. Купаться здесь можно каждый день – море прямо под дорогой, в 50м. Мы это и делаем перед работой и в обед.

Завтра едем встречать посылки от вас и Лёлиной мамы. Вот мне уже и 24 года. Только сейчас поняла, что я уже совершенно взрослый человек. Кончаю письмо – событий особых за это время не произошло.

Продолжаю через 4 дня: вчера отметили мой день рождения. На столе было такое изобилие! Не верилось, что находимся в Братске. Мы теперь обеспечены продуктами надолго. В воскресенье были опять в походе.

Лёля

ЛЁЛЯ

2 июля 1962 г.

(Лёля – Вите)

В Иркутск на соревнования надо ехать 4-го июля. Не знаю, что у меня получится. Во-первых, не прошла пока боль в ноге. Во-вторых, Инка завтра уезжает на курсы повышения квалификации в Ленинград. И меня поэтому просто не отпустят.
А в футбол я играю не нахально, а смело. Меня ребята называют «игроком класса А» и на перебой приглашают играть с ними. Играла я и вратарём. Ни одного гола не пропустила. Читаю «Рассказы» Юрия Нагибина. Замечательные!

Сейчас пришли на обед с работы. Инна сегодня уезжает, и меня-таки не отпустили на соревнования в Иркутск. Обещали только, что отпустят на субботу и понедельник, т. е. я там буду 3 дня. Тренер будет ждать меня до субботы и потом со мной полетит в Иркутск. Остальные поедут поездом. Буду прыгать в длину и бегать 100 м. А я боюсь ехать. Им видно очень нужны мои хорошие результаты, если даже остаются ради меня. А вдруг у меня ничего не выйдет, и я подведу их?

3 июля 1962 г.

(Лёля – Вите)

Отвечаю на твои вопросы. Мошка здесь есть. В городе её немного, и она не успевает кусать, только вьётся возле лица. Перед дождём её больше. Зато в лесу много комаров. Причём, комары страшно голодные и злые. Успевают кусать массами. В низких местах облепляют. Мы уже загорали в походе. Девчонки облезали, а у меня, как будто, обошлось без линьки.
Проводили Инну. Она впервые поехала так далеко одна – всегда мы были вместе. Даже всплакнула перед уходом. Без неё пусто.

5 июля 1962 г.

(Стелла – маме)

Села, наконец, за письмо на работе. В другое время сделать это было просто невозможно. Работы нет. Уже два дня занимаюсь всякой халтурой. Какое-то странное затишье сейчас. Больших объектов пока нет.

Вчера приехала иностранная делегация. К этому времени город подчистили, подлизали. Нас попросили написать заметку о слете туристов. Мы написали, но очень много. Самое интересное редакция выбросила. Посылаю тебе этот номер газеты.
В следующее воскресенье намечается поход по морю. У нас большая лодочная станция. В любое время «катайся – не хочу», но мы, конечно, хотим. Погода стоит замечательная. Я уже два раза сгорала.

8 июля 1962 г.

(Стелла – маме)

Я не могу уже писать так часто, как раньше. Не обижайтесь. Просто не хватает острых впечатлений, событий, переживаний, о которых хотелось бы писать. Это не первые дни! А раза 3-4 в месяц я пишу. Вам хорошо – вас много, а я одна: всем по 4 письма в месяц – это многовато. Вот наши «потрясающие» новости: живём мы сейчас в комнате одни с Лёлей. Люся сдает экзамены в художественное училище в Иркутске (это крановщица). Галя – на школьных каникулах, а Инна – в Ленинграде. Представь себе, её отправили на курсы повышения квалификации по отоплению и вентиляции. Было всего 1 место на Братскгэсстрой.

На работе полный застой, работы нет, Хоронов болеет, и мы предоставлены самим себе. Занимают, в основном, общественные дела. Я сейчас осталась за секретаря комитета комсомола. На собрании решили взять шефство над комсомольцами ЛЭПа. Они в наитруднейших условиях живут и работают. В воскресенье они приезжали к нам на ГЭС. Провели для них экскурсию. Потом взяли им билеты в кино на фильм «Свидетель обвинения». Потом сами поедем на ЛЭП с агитбригадой. Устроим там всевозможные соревнования, может, лекцию какую-нибудь прочтём, отвезём книги.

А вообще, у нас в воскресенья обычно походы. Был лодочный поход под дождём. Погода стоит очень странная: то льёт дождь целый день, то жара до одурения, то холодно. Это лето сильно отличается от предыдущего. Климат таки здорово изменился из-за обширного водохранилища! Море тёплое и очень чистое. Плавать в нем – одна благодать!

Недавно к нам приезжали иностранцы, человек 100. Все – ассы гидростроения. Их впечатления: поражены масштабами, тем, что на стройке почти не видно людей – всё делают машины, культурой стройки, мало мусора и т.д. А главное, приветливостью людей. Не могли поверить, что всё это сделано в глухой тайге, где людей вообще не было.

10 июля 1962 г.

(Стелла – бабушке)

Большое тебе спасибо за подарок – новую швейную машинку! И я уже знаю, что сделаю с той, которая здесь у нас, – подарю её Лёле на свадьбу. В августе, наверное, уже будем играть первую нашу свадьбу. Ты, пожалуйста, меня не агитируй «за женихов». У меня сейчас полная, прекрасная жизнь без всяких женихов, и связывать себя я не собираюсь, а вот если здорово полюблю, то – другое дело. Я уже не буду думать, связываю я себя или нет.

12 июля 1962 г.

(Стелла – маме)

У нас безначалие, осталось нас всего трое девушек. Работы очень много, но в данный момент её нет, вот и пишу. На улице жара градусов 30, и это уже неделю так. Плаваем утром, в обед и вечером. Настоящий курорт! Чистое, тёплое море, на берегу травка, кустики, а чуть повыше – сосны. Сейчас живем на квартире у сотрудницы, уехавшей в отпуск. Муж её – Фред Юсфин – знаменитый братчанин. У них есть огромная библиотека, холодильник, ванна.

Недавно познакомилась с проектом станции очистки воды для ЛПК. Ну, и громадина! На 30 тысяч кубических метров в час, причём, вода очищается в несколько последовательных циклов. Только контактных осветителей – 45 штук. Диаметр подводящей трубы – 1200 мм, отводящей – 1500 мм. Вот интересно поработать на ней! Она будет больше Северной водопроводной станции в Москве, где я проходила практику. На ЛПК будет вырабатываться кордная целлюлоза. Именно из-за неё сейчас очень форсируется ЛПК. Это первейшей важности объект.

Ресторан Падун

РЕСТОРАН «ПАДУН» — ПЕРВЫЙ РЕСТОРАН ГОРОДА БРАТСКА

17 июля 1962 г.

(Стелла – маме)

Я, как никогда, сейчас здорово отдыхаю. Буквально, как в отпуске. Много читаю. По утрам купаюсь, делаю зарядку на берегу. Иногда ездим на велосипедах за грибами (тогда встаём в 4 часа). Мошки нет совершенно. Говорят, это огромная победа учёных. Море под самым носом. Лес с грибами и ягодами тоже поблизости. В общем, красота! А на южных курортах и в Москве холодно и дожди. В следующее воскресенье пойдем в поход на ЛЭП 500 с книгами в рюкзаках.

Да, ещё похвалюсь. Уж если тебе заметка понравилась, то скажу, что она была во много раз живее и веселее, и написана она лично мною.

Только что пришла с вечера – устного журнала «Глобус». Замечательный вечер!! Даже не могу собраться с мыслями и привести их в порядок, чтобы описать. Композиторы – двое, поэты – двое и певцы – двое с огромным удовольствием и не щадя себя, пели, рассказывали, читали стихи три часа без перерыва. Зал был битком – сидели и стояли. Отпустили их только потому, что они опаздывали на поезд. На прощание Александра Пахмутова, маленькая, симпатичная женщина, чьи песни: «Геолог», «Забота у нас такая», «А у нас во дворе», сказала: «Мы здесь всего четыре дня, но увидели, узнали, прочувствовали столько, сколько не могли, живя в Москве и за несколько лет. Нам грустно и трудно уезжать отсюда. Мы просто переполнены впечатлениями, мыслями и, вообще, переживаем удивительные дни». Это было сказано от всей души. И вся встреча с обеих сторон была полна тепла, душевности и непринуждённости. Один из певцов был Иосиф Кобзон, студент 5-го курса училища им. Гнесиных. Замечательный голос! Исполнял всё, что просили, без каких-либо уговоров.

Когда приезжают настоящие артисты (Фейгин, оркестр Иркутской филармонии, актёры студии им. Горького), то они находят благодарных зрителей и слушателей и всегда говорят, что счастливы побывать на нашей великой стройке.

26 июля 1962 г.

(Стелла – Марку Александровичу)

Знаете, мне тоже нравятся Ваши письма. В них довольно часто встречаются комплименты мне, а это приятно. Расскажу Вам, что я прочла за последнее время.

Томик новых стихов Евтушенко (голубенький). Здорово пишет!

Познакомилась с Мариной Цветаевой, Борисом Пастернаком и некоторыми советскими поэтами. Пастернак очень нравится музыкальностью стиха и поэтичностью сравнений.

«Путешествие на «Кон-Тики» и «Аку-Аку» Тура Хейердала.

«За бортом по своей воле» Аллена Бомбара, французского врача, который хотел доказать, что потерпевший кораблекрушение, имеющий простую надувную спасательную лодку и больше ничего, может всегда спастись, получая всё необходимое для жизни из океана. Он ел сырую рыбу, пил дождевую воду, сок из рыб и пробыл в океане 65 дней, т.е. переплыл Атлантический океан.

«СССР открытым сердцем» двух французских журналистов. Замечательная книга и очень полезная.

«Избранное» Юлиуса Фучика.

«Последние дни Гитлера» Розанова.

«Ярче тысячи солнц» Юнга.

«Воспоминания матери» Марцяны Форнальской, матери Димитрова, 84-летней неграмотной женщины, которая отстукала на машинке довольно толстую книгу о своих детях для внучки.

«Зима тревоги нашей» из журнала «Иностранная литература».

Книг на очереди очень много, но, к сожалению, времени мало: то походы, то фотопечать, то работа во внеурочное время, то купание в море…

Послезавтра мы улетаем в Иркутск, на Байкал, в Ангарск на 4 дня. После этого мы переедем к себе обратно в общежитие от хорошей библиотеки, и я начну заниматься по-настоящему канализацией и английским. Все учебники для этого у меня есть и условия – тоже.

Продукты в Братске сейчас есть: и мясо, и молочные, и колбаса. Зелёный лук и помидоры – на базарчике. Такое изобилие, наверное, потому, что мы сейчас обратили огромное внимание на сельское хозяйство, в том числе, и лично мы. Сейчас у нас в первую очередь проектируются «ёлочки», коровники, свинарники, птичники и т. д. И строится это хозяйство тоже ударными темпами.

В марте будущего года будут отправлять первых строителей с Братской ГЭС на Усть -Илимскую. Скоро мы перейдём на её проектирование.

О комсомольских делах писать не буду, потому что уже приехал наш секретарь, которого я замещала. Теперь все дела будет проворачивать он.

27 июля 1962 г.

(Стелла – бабушке)

Только что пришла с комсомольского собрания, которое пришлось проводить самой. Стоит страшная жара под 32 градуса. Работать к вечеру трудно, хотя работы много. Каждый день плаваем в море, но оно почти не освежает – очень тёплое.
Я сейчас живу в свободной квартире, а не в общежитии. Наша сотрудница уехала отдыхать в Ригу. У неё огромная библиотека, и всё свободное время я провожу за чтением. Буквально, упиваюсь.

Недавно Гиндин («наш папа») проводил специальное собрание в Проектной конторе и убеждал людей не уезжать из Братска, т.к. начинается строительство Усть-Илимской ГЭС, строится ЛПК и Алюминиевый завод, а там и Саяно-Шушенская ГЭС начнётся. Дел здесь, конечно, много. Жизнь идёт спокойно и однообразно. Сейчас мне это нравится.

9 августа 1962 г.

(Стелла – бабушке)

Сегодня встретили Хоронова, вернее, посылки, а с ним даже словом не перемолвились, потому что он сразу поехал на Правый Берег. Вчера мы только прилетели из Иркутска. Были в Ангарске, на Байкале, ели омуля (он больше нигде не водится), собрали много брусники и грибов. Край там замечательный! Хочется провести там, по крайней мере, дней 10. Хорошо, что мы успели слетать на Байкал до приезда Хоронова, а то бы он не отпустил.

У нас очень тепло: 22-25 градусов, а в Европе – сплошные дожди и холод всё лето. Зиму старожилы обещают холодную, как в 1956 году с пятидесятиградусными морозами.

Скоро, возможно, отправят в колхоз. Живу опять в общежитии. После тех хором, где мы до этого были, комната в общежитии что-то не нравится.

22 августа 1962 г.

(Стелла – маме)

На работе всё спокойно. Работаем по своей совести и умению – начальников нет. Я познаю теплосети – приходится проектировать и их. Не далёк тот день, когда возьмусь и за вентиляцию.

В прошлое воскресенье был устроен заплыв в честь Дня строителя. На моторке нас доставили за 4 км от плотины. Финиш должен был быть у плотины. Я и трое ребят вызвались на этот «подвиг», и трое страховали на лодках. Вначале море было спокойным, а потом пошла волна, а при волне я плыть не могу. В результате мне удалось проплыть только 1,8 км. До плотины не добрался никто.

А в позапрошлое воскресенье ездили в поход на ЛЭП. Мы несли через тайгу в рюкзаках целую библиотеку для рабочих. Мы её сами и собрали. Они были очень рады книгам! Попели песни, сходили на трассу к другой бригаде. Обратно вернулись на товарняке.

Как видите, все воскресенья у нас заняты, а будни – тем более. И в бадминтон играть не успеваем. Хотя эта игра, присланная вами, нам очень нравится. Как-то целое воскресенье в неё резались, жаль, воланчиков осталось мало. Завтра, 23 августа, Лёля с Витей расписываются. Кончаю, ведь я на работе, хоть и вечерней. Но надо работать по совести!

А недавно на дежурстве народной дружины у нас был инцидент. Задержали одного уголовника. Я составила акт, и сегодня меня вызвал следователь, взял показания и сказал, что я буду свидетелем на суде.

Елена Михина и Виктор Копалов

ЛЁЛЯ (ЕЛЕНА) МИХИНА И ВИКТОР КОПАЛОВ

24 августа 1962 г.

(Стелла – маме)

Вчера мы с Инной были свидетелями при регистрации брака нашей дорогой Лели с Виктором Копаловым. Преподнесли ей огромный букет георгинов. Таких цветов вряд ли найдёшь даже где-нибудь в Сочи, не говоря о Москве. Эти цветы вырастил один из начальников в своём коттедже. Во время регистрации в зале было очень весело, но не очень торжественно. Пир будет при получении комнаты, которую обещают.

Вот Лёля, можно сказать, уже выбыла из нашей коалиции. Теперь она в походы не ходит, дружину не посещает, после работы не остаётся, даже на собрания не всегда приходит. Покупает продукты здесь, везёт их на ЛПК. Разговоры пошли о том, как сварить что-то, да где достать что-либо. Витя в сентябре будет сдавать экзамены в институт на сварочное отделение. Парень он неплохой.

Спрашиваешь про мои планы? Ничего определённого. Инна, как только приедут все из отпуска, будет просить у начальства, чтобы её отпустили. Ей это очень нужно из-за папы. Лёля (под большим секретом) вообще не собирается ехать домой. Я не очень-то хочу пока отсюда уезжать, но и одной оставаться не захочется (Лёля, ведь, переедет на ЛПК).

25 августа 1962 г.

(Стелла – маме)

Извини за задержку. Получила твоё письмо и сразу укатила в колхоз на картошку. Позавчера только приехала. События повернулись самым неожиданным образом не далее, как вчера. Мучилась я, мучилась с зубами и, наконец, попала к врачу (до этого он был в отпуске). Посмотрел он мой рот и говорит: «Вам, дорогая, нужно срочно уезжать отсюда и лучше – на юг. Через год зубов вообще не будет, а на передние зубы нужно срочно надевать коронки, уж я не говорю о разных боковых». Я в отчаянии. Не буду же я улыбаться блеском металла или золота! Есть и другие варианты, но здесь их не сделают. А надо быстрее что-то делать. Я решила немедленно подавать заявление на отъезд. Врач сказал, что даст мне заключение комиссии о том, что здешние условия мне не подходят – развился «цветущий кариес».

Заявление я уже написала. Послезавтра пойду к врачу, чтобы получить заключение. Постараюсь сделать всё быстро. Надо срочно ремонтироваться. Хоронов – за меня. Это хорошо. Вместо меня возьмут теплотехника, и тогда через месяц-два отпустят и Инну.

Лёле дали комнату на Падуне – 10 квадратных метров. В ней уже есть тахта – оставил Женя Елизаров (он недавно уехал), и круглый небольшой стол. Завтра мы дарим ей новый платяной шкаф. Ещё есть у них моя швейная машинка. Вот пока всё их состояние. Проектная контора хочет подарить им стиральную машину. В воскресенье будет новоселье со свадьбой.

А вдруг это моё последнее письмо отсюда? Не хочется в это верить.

1 сентября 1962 г.

(Стелла – маме)

Остался один подписанный конверт. Не пропадать же ему?! Может, я буду дома раньше этого письма. Сегодня наш начальник Проектной конторы, с которым мы перед работой каждое утро плавали и делали зарядку на берегу моря, взял моё заявление и справку от врача и сказал, что, когда пойдёт к Наймушину, то его подпишет. Это будет в ближайшие дни. Я уже собираюсь. Как только он отдаст подписанное заявление, постараюсь, не теряя ни одного дня, сразу уехать или улететь. Вот какие дела! Вещей много: 3 чемодана и рюкзак (2 чемодана книг). Так что, дорогие, встречайте свою беглянку!

Необходимые пояснения

 
1. МИСИ – Московский инженерно-строительный институт, ныне Московский Государственный строительный университет (МГСУ).
2. Гиндин Арон Маркович – легендарная личность, Главный инженер Братскгэсстроя. В Братске есть улица его имени.
3. ИТР – инженерно-технические работники.
4. СМУ– строительно-монтажное управление
5. ПТО – производственно-технический отдел.
6. Марк Александрович – муж мамы, они познакомились и поженились после его освобождения из ГУЛАГа, куда он попал «за сионистскую деятельность» (создание кибуца в Казахстане). Позже был реабилитирован.
7. Алексей Марчук – окончил МИСИ, руководитель группы ПОР (проекта организации работ), много сделал для Братска. Это о нем Пахмутова и Добронравов написали песню «Марчук играет на гитаре, а море Братское поёт».
8. Дядя Павлик – Павел Зарон, мой дядя, заслуженный художник России, заслуженный деятель искусств Северной Осетии. Попал в Северную Осетию после ГУЛАГа – в Москву ему путь был заказан.
9. ВиКовец – выпускник факультета ВиК — Водоснабжение и Канализация.
10. ВК – раздел проекта «водоснабжение и канализация».
11. Мосгидэп – братский филиал Московского института «Могидроэнергопроект».
12. ПОР — проект организации работ
13. Валера – парень из г. Орджоникидзе, сын друга дяди Павлика, который, вдохновившись моими письмами из Братска,, решил тоже поехать после института в Братск.
14. Лёля заканчивала школу в Калуге, живя с бабушкой, а в институте училась в Москве, живя с родителями.
 

Стелла Буркина

СТЕЛЛА

ВЗГЛЯД СО СТОРОНЫ

 

Хрупкая, нежная, выпускница МИСИ – «красавица, комсомолка, спортсменка» – это без иронии. Коренные москвички, вопреки распределению, добиваются отправки на работу в далекую Сибирь на строительство Братской ГЭС. Какое это было поколение! Полное созидательной романтики, впитавшее воздух «оттепели», верившее в строки Евтушенко: «И от нас ни умельцы ловчить и красть, ни мещан шепотки, ни Берия, не добились неверия в Советскую власть, не добились в коммуну неверия». Но автор знает правду о стране, в которой живет: вернулся из Гулага дядя «Павел Зарон, заслуженный художник России, заслуженный деятель искусств Северной Осетии.»

 

Поколение искренне заблуждавшихся, но счастливых в своих стремлениях и искавших себя в преодолении трудностей. Стелла Упитер (Бурыкина) – одна из строителей Братска. Это о ней и ей подобных писал Анатолий Кузнецов свою повесть «Продолжение легенды».

 

Вот, что пишет своим друзьям одна из подруг Стеллы – ЛЁля: «Стелка работает мастером по прокладке теплосети. В ее ведении огромные участки работ, сначала она даже отчаялась разобраться во всем этом. А теперь она освоилась, командует бульдозерами, корчевателями, траншеекопателями, экскаваторами, МАЗами. И кто бы мог подумать, верно? Она и ростом-то с колесо МАЗа, а каким-то образом управляется со всем этим!».

 

А какой калейдоскоп имен, с кем приходилось встречаться! Первая незабываемая встреча с главным инженером Братскгэсстроя А. Гиндиным, определившим в значительной степени судьбу четырех подруг на действительно великой стройке. Впечатления о первых концертах, все подмечает точный, критический взгляд Стеллы: халтуру местных артистов, и, наряду с этим, искренность и отдачу московских, еще вовсе не знаменитостей, однако сразу покоривших сердца братчан. «… Александра Пахмутова, маленькая, симпатичная женщина, сказала: «Мы здесь всего четыре дня, но увидели, узнали, прочувствовали столько, сколько не могли, живя в Москве и за несколько лет. < …> Мы просто переполнены впечатлениями, мыслями и, вообще, переживаем удивительные дни». Это было сказано от всей души. И вся встреча с обеих сторон была полна тепла, душевности и непринуждённости. Один из певцов был Иосиф Кобзон, студент 5-го курса училища им. Гнесиных. Замечательный голос! Исполнял всё, что просили, без каких-либо уговоров».

 

Одним предложением дана характеристика тех дней, того времени: «Частое слово тут в лексиконе – «будет».

 

Как точно и тонко эти сбежавшие в тайгу горожанки чувствуют окружающую дикую, к счастью, хотя бы местами еще не тронутую человеком красоту природы. «Распустилась черёмуха, отошли подснежники и появились замечательные цветы Сибири – жарки. < …> весь правый берег и плотина были залиты солнцем, а в небе розовые легкие облачка бегут быстро-быстро, как парусники по белым перистым облакам, которые стояли почти на месте».

 

В строках авторов писем – наивность, чистота, вера, зарождающиеся сомнения шестидесятников. Уверен: замечательная, яркая, образная проза не оставит равнодушными читателей.

 

Д-р Арон Шнеер,
историк,
награжден медалью Пушкина,
лауреат премии «Олива Иерусалима»,
премии им. Виктора Некрасова.

 
Стелла Бурыкина «ПИСЬМА ИЗ БРАТСКА» Иерусалим 2013

При оформлении использованы фотографии из семейного архива Стеллы Бурыкиной.
Для контактов: +972-4636-09-73
Отпечатано в типографии НОЙ, г. Иерусалим.
ISBN 978-965-7621-10-3 © Стелла Бурыкина, 2013.

 

КНИГА «ПИСЬМА ИЗ БРАТСКА»

ПИСЬМА ИЗ БРАТСКА. 1 ЧАСТЬ: 1960 ГОД

ПИСЬМА ИЗ БРАТСКА. 2 ЧАСТЬ: 1961 ГОД

ПИСЬМА ИЗ БРАТСКА. 3 ЧАСТЬ: 1962 ГОД

 

Биография автора: БУРЫКИНА (УПИТЕР) СТЕЛЛА СЕМЁНОВНА



ПИСЬМА ИЗ БРАТСКА. 3 ЧАСТЬ: 1962 ГОД (Автор: Бурыкина С.С.), 5.0 out of 5 based on 86 ratings



Рейтинг:
VN:F [1.9.22_1171]
Rating: 5.0/5 (86 votes cast)
| Дата: 18 ноября 2013 г. | Просмотров: 2 142