Лидеры рейтинга

ВОСПОМИНАНИЯ ОБ ОТЦЕ: ЖИЗНЕЛЮБ, ВЕСЕЛЬЧАК И УМНИЦА (автор: Людмила ВРЖЕЖЕВСКАЯ)

ВОСПОМИНАНИЯ ОБ ОТЦЕ: ЖИЗНЕЛЮБ, ВЕСЕЛЬЧАК И УМНИЦА (автор: Людмила ВРЖЕЖЕВСКАЯ)

Чайкин Святослав Александрович

Чайкин Святослав Александрович

С некоторых пор меня преследует желание написать о жизни своего отца – обыкновенном и необыкновенном мужчине, любившем повторять, что он — self made men (человек, cделавший себя сам).

 

Папа вообще любил козырять всякими малоизвестными и сложными словечками. Например, спросит: «Людка, а ты знаешь, что такое амбивалентность?», чем и поставит в тупик. Приходилось открывать словари, искать, запоминать. И всю мою жизнь он был для меня источником информации, хотя институтов не заканчивал. А еще он любил выражение: «Ide fixe», которым щеголял частенько. Противоречивая натура: без образования, но умный и грамотный, весёлый, с чувством юмора, и надломленный, с трагическим детством…

Жизнь у него была длинная и сложная, а я, будучи рядом с ним так долго, мало интересовалась ею, не спрашивала и не записывала. Простить себе не могу теперь! Сколько вопросов задала бы я ему сейчас… Но нет папы, умер в 2010 году… Уж сколько раз твердили миру: цените человека, пока он жив, слушайте его, потом ни к чему раскаяние и сожаление. Не исправишь.

Придется в память об отце сказать хотя бы несколько слов и так, возможно, исправить свой грех. К тому же, как правильно заметил классик, жизнь каждого из нас – сюжет для небольшого рассказа.

старинное фото бабушки

С этой фотографией своей мамы отец не расставался, постоянно носил ее в кармане


Мой папа – Чайкин Святослав Александрович – родился 2 апреля в 1928 году в селе Варваровка Артемовского района Донецкой области. Родители были потомственными дворянами, чем он гордился, но и пострадала семья за это с лихвой. Усадьбу большевики разграбили и сожгли, его отца выслали в ссылку, где он сгинул бесследно… Сколько таких семей разрушено в октябрьскую революцию! Вспоминая семейную трагедию, папа часто повторял: «Моя мать, дворянка, мыла им полы!». Позже они оказались в Харькове, где и встретили войну. Самый страшный период жизни моего отца связан именно с этим городом. Много написано и все мы осведомлены про блокаду Ленинграда, но что выпало на долю харьковчан, об этом знают немногие.

Уже к концу третьего месяца Великой Отечественной немцы были у города. О малоизвестных событиях тех дней рассказал военный историк Валерий Вохмянин. Вот отрывок из его воспоминаний:

«О том, что прорвавшиеся немецкие танки идут по нашим тылам, в городе не догадывался никто. Или почти никто. Верхушка партийного руководства о ситуации знала, но скрывала даже от однопартийцев. С эвакуацией промышленности, сельского хозяйства и населения в Харькове тянули до последнего. Зато вовремя провели эвакуацию партаппарата. С 10 по 15 сентября город покинуло большинство работников обкома, горкома и райкомов партии вместе с семьями.

В последнем ушедшем из города эшелоне не хватило места Красноградскому детскому дому. Следующего поезда воспитатели и дети не дождались. Вместо него к вокзалу подкатили немецкие мотоциклисты…

Катастрофой стало сентябрьское поражение советских войск под Киевом. Но главной трагедией была потеря людей. В окружение попали штабы фронта и армий, более 40 дивизий, бригады, полки и отдельные батальоны — 452 тысячи человек боевого состава. Там же остались запасные и железнодорожные части, войска НКВД по охране тыла, госпитали с ранеными, армейские и фронтовые тылы, маршевые пополнения. Их численность не называл никто и никогда. Еще хуже — с мобилизованными, которые не успели добраться до своих частей. В военкоматах они числились призванными, у немцев — военнопленными, в памяти родных и близких навсегда остались не вернувшимися с фронта. И только статистика до сих пор относит их к потерям гражданского населения.

Происходившее в «котле» невозможно изобразить ни в одном фильме: не хватит ни техники, ни массовки. Лишенные управления войска, деморализованные тылы, забитые машинами и повозками дороги, непроходимая толчея у переправ, одиночки и группы, блуждающие по лесам или идущие на прорыв… Но добраться удавалось не всем… Подробности сегодня мало кто знает. Еще меньше тех, кто решается об этом рассказывать».

Чайкин Светик

г. Харьков, 19.10.1928 г., самый маленький – мой папа Чайкин Светик


Накануне войны население Харькова составляло 902 312 жителей. К дню освобождения 23 августа 1943 года в городе оставалось 190 тысяч человек.

Отец говорил, что в Ленинграде выдавали хотя бы мизерный паек, у харьковчан не было и этого. Занимались «грабиловкой»: когда бомба попадала в склад с продуктами, бежали туда и хватали все, что попадало под руку. Но немцы ратовали за «порядок» и безжалостно расстреливали, вешали всех, кто попадался, чтобы, по их мнению, знали: воровать нельзя. Выменивали на рынке за бесценок вещи и драгоценности на хлеб, а когда нечего было нести – незаметно и безмолвно умирали в холодных домах. Голодали все, кто не служил немцам или не торговал на базаре.

Весной 1942 года на городских кладбищах лежали горы незакопанных трупов — большинство умерли от голода… Именно это случилось и с его матерью, отдававшей Светику (так ласково она его называла) почти всю скудную еду, которую добывала ценой неимоверных усилий. Спали для тепла на одной кровати, навалив на себя одеяла, тряпки, пальто. Однажды утром, проснувшись, мальчик увидел рядом с собой бездыханное тело мамы…

Это был еще один неизвестный подвиг русской женщины, совершенный на войне во имя жизни. С этого дня многие-многие годы папа постоянно носил в кармане ее фотографию, на которой изображение почти стерлось, но лицо разглядеть можно и сегодня. Скорей всего, она и после смерти его оберегала, поэтому мой отец с трудом, вопреки всему, выжил.

Удалость устроиться в Харьковский театр, где бегал сначала на посылках, потом работал осветителем, в этом же здании добрые люди разрешили ему и ночевать. Болел чесоткой, раздирал в кровь кожу, помыться-то негде… Были попытки вовлечь пацана в банду, но, как говорил отец, что-то его остановило и он не поддался на возможность легкой добычи — выбрал честный путь. За время беспризорной жизни он не научился не только воровать, но и курить – были внутри какие-то основы на тему «что такое хорошо и что такое плохо», заложенные в семье… Когда стало совсем невыносимо, пришел к родственникам, но те, забрав у него оставшиеся от матери украшения, выставили на улицу 13-летнего паренька, заявив, что самим есть нечего… Этого отец не простил им никогда. Позже, когда он стал самостоятельным, работал, из Харькова приходили телеграммы с требованием: «Срочно вышли деньги на колеса» (имелась в виду машина). Ответа, естественно, не последовало.

Основное воспоминание детства — постоянно хотелось есть, но претворялось желание лишь в мечтах. И тогда ребенок дал сам себе клятву: если доживет до мирных времен, будет питаться только яблоками и колбасой. Почему-то выбор пал именно на эти два продукта, в голодной оккупации представлявшиеся необыкновенно вкусными. И правда, впоследствии папа всегда любил зеленые яблоки и колбасу, которая покупалась батонами (когда удавалось!).

в армии 50-х

Рядом с солдатиком папа выглядит как генерал


Повзрослев, работал электромонтером на заводе имени Молотова в Ленинграде, шахтером в Донбассе, на ТранФлоте в Мурманске, откуда ушел служить в армию, где после остался на сверхсрочную службу. Одним словом, помотала жизнь. Серьезно увлекался спортом – легкой атлетикой, боксом, занимал первые места в поединках, о чем осталось воспоминание – сломанный нос да грамоты. Но чувствовал недостаток образования, поэтому в 1957 году поступил в Верхнянскую семилетнюю школу рабочей молодежи № 3 Донецкой области, окончив ее на «4» и «5». В 1968 году, вновь ощутив пробелы в знаниях, идет учиться в школу рабочей молодежи № 2 г. Кандалакша Мурманской области и опять заканчивает ее на «отлично».

Пытливый ум требовал пищи, поэтому папа постоянно читал, знал все литературные новинки, покупал газеты и толстые журналы «Знамя», «Новый мир», «Юность», «Октябрь». Любил декламировать Омара Хайяма, из книг Ярослава Гашека «Похождения бравого солдата Швейка», Ильфа и Петрова «Золотой теленок» цитировал целые абзацы. Рассказывал рецепт коктейля «Сучий потрох» и «Слеза комсомолки» от Венички Ерофеева («Москва – Петушки»). Очень любил Александра Галича и иногда повторял мне назидательно: «Не бойтесь тюрьмы, не бойтесь сумы, не бойтесь мора и глада, а бойтесь единственно только того, кто скажет: «Я знаю, как надо!». Благодаря папе я стала читать Солженицына, когда о нем еще не говорили во всеуслышание, Валентина Пикуля «У последней черты», познакомилась с романом Анатолия Рыбакова «Дети Арбата» и поэмой Евгения Евтушенко «Фуку!».

 В вечерней школе

Учеба в вечерней школе (на первом плане слева – отец)


Каждого, с кем папа общался, он очаровывал своей эрудицией и юмором, особенно его любили женщины: киоскерши, у которых он еженедельно скупал все периодические издания, коллеги по работе, так как он все время рассказывал им что-то интересное, шутил, был в курсе всех новостей в стране и за рубежом. Если что-либо нужно было узнать, мне в то время Интернет заменял папа: о чем ни спроси — ответит, разъяснит с подробностями. Все свое свободное время он посвящал чтению, поэтому кругозор был потрясающий. Невольно своим примером и меня приучил к этому (но мне, несмотря на высшее образование, далеко до него). Помню, когда я хотела сделать ему подарок на день рождения, мы шли в книжные магазины и закупали все книги, которые ему хотелось, в основном исторической и военной тематики.

А был он простым работягой, как называл себя сам. Трудился электролизником на Кандалакшском алюминиевом заводе, откуда его направили переводом в Братск на строительство БрАЗа. Имел множество грамот за добросовестный труд, ветеран труда и труженик тыла, приравненный к ветеранам Великой Отечественной войны.

Очень не хватает его понимания и любви, только папа считал меня умной, красивой, хорошей, хозяйственной. Сам он, конечно, был далеко не идеален, но со временем недостатки стираются, вспоминается только положительное. Такой же, как все, но и несущий в себе целый мир, индивидуальность, не похожую ни на кого.

Умер он 20 апреля 2010 года, через 18 дней после своего 82-летия. В 5 утра встал, что-то почувствовав, – и упал замертво. Может быть, даже и не понял, что случилось. В деревне в подобных случаях говорят, что за такой смертью в очереди настоишься – лучше не бывает.

Все мы желаем не быть в старости обузой для родственников, и уж если наступает срок уйти, то хочется сделать это быстро и безболезненно. Вот папе Бог и послал такую участь. О смерти последние годы он говорил часто, повторяя: «Memento mori» («Помни о смерти»). Любил собирать эпитафии, например, такие: «Мы были, как ты – и ты станешь, как мы». И смеялся при этом. Обдумывал свой уход, выпад из настоящего времени. Когда мы расставались и договаривались о следующей встрече, он обязательно весело напоминал: «ЕБЖ!», что расшифровывалось как «Если буду жив!».

Донбасс 60-х

В отпуске на Донбассе


Папа трогательно, даже болезненно любил животных – отличительный признак одиноких людей. Да в сущности, он и был очень одиноким человеком. С друзьями общался редко и только с теми, с кем приехал из Кандалакши в Братск строить алюминиевый завод, а в последнее время и со мной ограничил общение, все думал, думал что-то, по-прежнему много читал, умные мысли записывал в свои книжечки и говорил моей матери: «Мне надо все успеть». Человек приходит в этот мир один и уходит так же…

Накануне его похорон я стояла на остановке. Сиял солнечный апрельский теплый день. И вдруг прилетела яркая бабочка, проснувшаяся так рано. Закружила, запорхала нежными крылышками и, устав, присела на дорогу. В тот же миг на нее неожиданно надвинулась громада подъехавшего троллейбуса и передним колесом раздавила хрупкую красоту… Меня это потрясло неожиданностью, бесповоротностью, поэтому и запомнилось. А разве слепок этого воспоминания – не наша жизнь? Все так зыбко, ненадежно и быстротечно… Было – и нет. Можно задержаться лишь в чьей-то памяти.

Возможно, смерти нет. Есть только переход между мирами, когда душа влетает в растворенную дверь на вечную жизнь. Хочется в это верить и встретиться в одном из загробных миров с папой, чтобы хоть немножечко пообщаться с ним еще…

 

Людмила ВРЖЕЖЕВСКАЯ

Фотографии из семейного архива




ВНИМАНИЕ! Комментарии читателей сайта являются мнениями лиц их написавших, и могут не совпадать с мнением редакции. Редакция оставляет за собой право удалять любые комментарии с сайта или редактировать их в любой момент. Запрещено публиковать комментарии содержащие оскорбления личного, религиозного, национального, политического характера, или нарушающие иные требования законодательства РФ. Нажатие кнопки «Оставить комментарий» означает что вы принимаете эти условия и обязуетесь их выполнять.

ВОСПОМИНАНИЯ ОБ ОТЦЕ: ЖИЗНЕЛЮБ, ВЕСЕЛЬЧАК И УМНИЦА (автор: Людмила ВРЖЕЖЕВСКАЯ), 5.0 out of 5 based on 39 ratings



Рейтинг:
VN:F [1.9.22_1171]
Rating: 5.0/5 (39 votes cast)
| Дата: 12 июня 2014 г. | Просмотров: 1 023