Лидеры рейтинга

ХРАНИТЕЛЬ ДЕРЕВНИ АНЧЕРИКОВО БРАТСКИЙ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬ МИХАИЛ ЧУПИН

ХРАНИТЕЛЬ ДЕРЕВНИ АНЧЕРИКОВО БРАТСКИЙ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬ МИХАИЛ ЧУПИН

Утром 22 февраля 1978 года молодой оперативник Братского угро Михаил Чупин выехал на служебной машине в Покосное, где по оперативным данным должен был находиться разыскиваемый преступник. Предстоящее расследование ничем не выделялось из череды точно таких же рутинных дел – некто Петухов при помощи своей жены-продавщицы обворовывал местные магазины. И вряд ли бы Михаил Григорьевич запомнил это дело, но так уж случилось, что оно оказалось последним в его милицейской жизни: едва отъехав от Братска, машина оперативника на полном ходу врезалась в стоящий на дороге лесовоз…

Михаил Григорьевич Чупин

БИТ НЕБИТОГО ВЕЗЕТ

— Авария превратила меня в мешок костей, — рассказывает Михаил Григорьевич. — Начался долгий период возвращения к жизни: 22 операции, восемь месяцев на больничной койке и восстановление в течение пяти лет… Однажды я оказался в одной палате с писателем Валентином Распутиным, мы много говорили о серьезных вещах, и это, наверное, в какой-то степени укрепило мой дух. Только ходить я учился восемь раз заново…

В уголовный розыск путь был закрыт. Михаил ходил на костылях, и вопрос о его трудоустройстве разбирался на сессиях горсовета и райсоветов. Его никуда не брали. Чтобы не выглядеть инвалидом, отказался от костылей и, превозмогая немощь, шел в очередной кабинет. «Два раза в неделю я заглядывал к начальнику ОРСа УС БЛПК, — говорит Михаил Григорьевич. – Как-то не выдержал и сказал: «У вас тут половина пьяниц, а вы не хотите непьющего мужика взять».
Начальника это проняло. Сначала Михаил Григорьевич был диспетчером, затем начальником экспедиционной транспортной службы УС БЛПК, начальником цеха и, наконец, директором продовольственной базы в муниципальном торгово-коммерческом предприятии «Русь».

— Работа увлекла меня, старался всё делать на совесть, но уже шёл крупномасштабный разрушительный процесс во всех хозяйственных отраслях… Всё происходящее угнетало и вызывало справедливое чувство протеста. В итоге, обширный инфаркт миокарда. И после продолжительной болезни, пришлось всё начинать с нуля…

— Главное во мне, наверное, то, что я крепко связан со своими корнями, — говорит Михаил Григорьевич. – Я помню, что я русский, что родом из Анчериково, что внук своего деда и сын своей матери. Это и определяет стиль моей жизни…
Свое жизненное кредо – жить по правде — Михаил Григорьевич — соучредитель газеты «Совершенно конкретно» — обстоятельно растолковал на ее страницах: «Не все старославянские каноны ушли в прошлое. Жизнь заставит нас жить правильно», и поведал об особенностях современного бизнеса.

— Индивидуальным предпринимательством я начал заниматься в середине девяностых, — рассказывает Михаил Григорьевич. — В те трудные для страны годы немало людей в силу сложившихся обстоятельств остались без постоянного места работы. Квалифицированные специалисты, в том числе врачи и учителя, вынуждены были идти торговать на рынки. Сплошная безработица, бесхозяйственность, процветающий бандитизм с переделом собственности и сфер влияния…

Пришёл я на продовольственную базу, где уже были новые хозяева, заключил с ними договор на аренду складских помещений, и начал работать, создавая рабочие места для инвалидов, пенсионеров и молодёжи, не имеющей постоянного места работы… Предстояло самостоятельно выплачивать авансовые платежи, заработную плату и необходимые отчисления во все фонды. Но деньги надо сначала заработать. При этом надо обязательно рассчитаться со всеми поставщиками продукции, не обманывая их и не лукавя.

Однажды решил обратиться к одному из арендодателей по поводу возможности предоставления какой-то скидки по аренде как инвалиду, создающему рабочие места для людей, оставшихся без работы и без средств к существованию, но, отведя глаза в сторону и слегка порозовев, арендодатель сказал с заметным волнением в голосе, что он не благотворительная организация. Его бухгалтер, которая и посоветовала обратиться к нему, считала его человеком отзывчивым, но, видно, обратился в неудачный момент… Сейчас нет этой фирмы-арендодателя, как нет и многих из шальных коммерсантов, уехавших с нажитыми в Братске капиталами в другие города искать лучшей доли…

— Или другой случай, — продолжает Михаил Григорьевич. — Один из руководителей города, решив попытать счастья на выборах мэра, взял у группы инвалидов миллион неденоминированных рублей за то, чтобы, когда станет градоначальником, решить их насущный вопрос. Мэром он не стал, вопрос не решил, но и деньги не вернул, видно, полагая, что инвалиды не смогут набить ему физиономию. Человека того теперь уже нет на грешной земле, а память о нем осталась: доброго добром поминают, худого — худом. К слову сказать, ни одна из организованных преступных групп, существовавших тогда в Братске, не взяла с инвалидов ни копейки дани. Значит, понимали лихие ребята, что люди сами работают, да ещё и здоровым, и себе подобным помогают…

Лучше всего, наверное, жилось чиновникам. Друг Чупина, бывший вор, а сейчас вполне законопослушный гражданин, так описывал в газете свое видение жизни:«Занимался я, так называемой, предпринимательской деятельностью. Честно занимался…Суета несусветная! Товар брал у известной торговой фирмы на реализацию. Реализовывал, платил дорогую аренду за склад, зарплату грузчикам и водителям по найму, какие-то еще налоги, короче, все и как все рядовые предприниматели. Потом понял, почему сейчас нет рэкета. Можно законно взять в аренду муниципальное имущество, законно сдавать его в субаренду предпринимателям за хорошие арендные ставки и не очень сильно от этого «париться».

Но у всего есть оборотная сторона. Михаил Чупин — член общественного совета при мэре Братска, член совета старейшин города и директор обособленного предприятия ОРС №58 СХО «Белореченское», занимающегося поставкой продуктов в Братск, утверждает: «Продовольственных запасов в городе хватит на неделю. Все, что мы поставляем (яйцо, молочнокислые и мясные продукты, овощи), уходит с колес. И в случае землетрясения, войн или разрушения дорог, что более всего вероятно (к примеру, Саяны растаяли, Тулун в воде) уже через неделю-две город может рассчитывать только на продукты, что были запасены его жителями на дачных участках. Сельскохозяйственные предприятия района едва сводят концы с концами и не способны прокормить город. В Братске есть продовольственные склады (база), но нет товарного запаса лишь по той причине, что арендная плата за использование складской площади непомерно высока. К примеру, мое предприятие, ОРС №58, за использование склада ежемесячно платит более двухсот тысяч рублей, не считая затрат на коммунальные услуги и электричество. Естественно, что ни мне, ни другим предпринимателям не выгодно иметь большой запас продуктов, и если всерьез думать о продовольственной безопасности города, эту ситуацию необходимо решать административным путем. Я не раз и не два говорил об этом, но наши чиновники лишь улыбаются».

Дом Чупиных в деревне Анчериково

ДЕРЕВЕНСКИЙ МУЗЕЙ

Став директором предприятия, Михаил Григорьевич без подсказки и хитрого умысла сразу же занялся благотворительностью. Ему словно стыдно было быть сытым среди голодных, и деньги потекли к детям, занимающимся спортом и художественной самодеятельностью, в общество инвалидов, просто к инвалидам. Он организовывал свадьбы, покупал инвалидные коляски и противопролежневые системы, оплачивал лечение и лекарства, брал под опеку инвалидов и бесплатно развозил с помощью сотрудников коллектива продовольственные наборы им на дом, выставлял призы и ценные подарки на различных конкурсах и соревнованиях. Не забывал о ветеранах Великой Отечественной войны и трижды отправлял качественные продукты питания большими партиями российским бойцам в горячие точки. Всё это актуально для него и сегодня. Благотворительность, по мнению Чупина, и отличает российского предпринимателя от дельцов западного толка. Ибо это в русской традиции, в традиции православия…

Рабочий кабинет Михаила Григорьевича обставлен множеством картин, статуэток, сувениров. «Это всё – подарки», — рассказывает хозяин кабинета. — Вымпелы — от спортивных клубов и секций, которым я помогал, картины – от предприятий». Но есть среди всего этого «великолепия» несколько особенно дорогих для него вещей, и все они так или иначе связаны с деревней Анчериково, в которой он родился, и семьей его деда Григория Петровича Чупина.

Дед, родившись в 1895 году, несмотря на исконно крестьянское происхождение (из пашенных казаков), был грамотным и даже сочинял стихи и песни. На одной из фотографий времен первой мировой войны дед вместе с товарищами по службе сидит с балалайкой. Не известно, был ли он участником «империалистической», но во время революции 1917 года дед находился в Петрограде. Доподлинно известно, что воевал и попал в немецкий плен его родной брат Степан, который в дальнейшей своей жизни частенько вспоминал, как отличившись на сельхозработах у некоего бюргера, был поощрен привилегией присутствовать в хозяйском флигеле на ужинах и даже стал неофициальным мужем одной из его дочерей. После войны перед ним встала нелегкая дилемма: остаться в Германии или вернуться домой.

Степан выбрал Анчериково, а потом, похоже, жалел об этом, то и дело расхваливая на все лады непревзойденный немецкий порядок и передовые методы земледелия, а по праздникам, гоняя законную жену Любу, обращался со слезами к оставленной на веки Гретхен.

Семейная жизнь самого Григория Петровича отличалась большей стабильностью. Свою жену Марию Галактионовну (Храмовских) он взял из Иркутска, где она работала в няньках у купца первой гильдии. Михаил Григорьевич помнит рассказы бабушки о том, как она с купеческими детьми ходила в городской парк на качели. У Григория Петровича и Марии Галактионовны было пятеро детей.

Дочь Нина была участницей войны с Японией в 1945 году, служила в артдивизионе и имела награды. Один из сыновей — Роман Григорьевич (на фото с армейскими друзьями он стоит в буденовке, подбоченясь, на другой фотографии с балалайкой – куда уж без нее) одно время был вторым секретарем Боханского райкома партии, о чем свидетельствует книга истории партийных организаций области. Кстати, его жена была сестрой жены писателя Иннокентия Черемных – Евдокии Арсеньевны, — тесен мир…

Дед был первостатейным охотником, метким стрелком, но в годы Великой Отечественной войны по возрасту не был призван и пошел работать в угро Падунской милиции. Ездил с наганом на коне, выискивая жуликов и бандитов, и вызывал у части местного населения, благоволившего людям типа повстанца Серышева, не совсем добрые чувства. На внука, тем не менее, эта часть его жизни произвела неизгладимое впечатление, и еще учась в школе, Михаил стал активным участником оперативного комсомольского отряда дружинников (ОКОД) в Кобляково, а после школы поступил в Высшую школу милиции в Омске. Вуз, однако, пришлось оставить, потому как вся женская половина родни ударилась в слезы: «Да на кого ты нас оставляешь»… Но от судьбы не уйдешь. После армии Михаил работал в милиции и был бы, наверное, уже полковником, не случись та авария, изменившая даже его личную жизнь. В Иркутском институте ортопедии и травматологии, где лечился Чупин, анестезиологом была вчерашняя студентка Нина Сачко.

— Не заметить ее я не мог – она восемнадцать раз меня усыпляла, и когда я, встав на ноги, приехал в институт и попросил главврача пригласить анестезиолога, тот не на шутку испугался, думая, что у меня есть какие-то претензии, но я тут же успокоил его: «Я свататься».

Анчериковская «экспозиция» в кабинете Михаила Чупина в большей степени посвящена его маме – Александре Григорьевне. Тут и фотографии, и живописная картина, написанная местным художником Колчиным по просьбе Михаила Григорьевича, — на руках мамы грудной ребенок – это он. Своей маме Михаил Григорьевич посвятил стихотворение и несколько страниц в книге об Анчериково и его жителях, которую он сейчас пишет: «Чупина Александра Григорьевна 1924 года рождения, по разговорам старожилов, — 1921-го, потому как сгорел дом, в котором находился сельский Совет, и дядя Коля, секретарь, по прозвищу Хромой, писал метрики на память с привязкой ко всем праздникам, начиная от старинных церковных и кончая советскими государственными… Родившись по воле судьбы глухонемой, мама получила на всю жизнь прозвище «Шурка Немая», но всегда была одной из первых на посевных работах, на заготовке сенажа, в бригаде косарей, телятницей и дояркой, в годы войны по пояс в снегу на заготовке дров… Награждена Сталинской медалью… Позже приходили награды от Брежнева, Ельцина и благодарственное письмо за подписью Путина. И приятно было маме, что так далеко, в Москве, её помнят. После войны в числе передовиков колхоза «Зима», подсобного хозяйства УРСа Братскгэсстроя, совхоза «Кобляковский» мама радовалась поощрениям – то кофточке ситцевой, то стеклянной вазочке для варенья, то похвальной грамоте или просто премии в пять рублей. Прожив жизнь, не слыша людского голоса, звуков природы и музыки, мама всегда оставалась красивой внешне и внутренне, радуясь жизни чаще, чем ее проклиная».

О самом Анчериково у Чупина пока немного сведений. Из документов областного архива он узнал, что деревня была основана в 1846 году, хотя есть все основания в этом сомневаться. Дед Михаил Григорьевич, к примеру, утверждал, что деревня, основанная неким казаком Анчериком, должна быть ровесницей Братского острога. На момент официальной регистрации деревни в 1846 году в ней было уже 26 дворов и проживало 149 душ – 75 мужского и 74 женского пола. В последующие годы деревня не намного увеличилась. Сохранилось фото 1937 года: на фоне дедовского дома, одного из самых добротных в Анчериково, собрались все колхозники, а это большая часть населения, — Михаил Григорьевич насчитал 116 человек.

На сайте Сибновости в «Виртуальной энциклопедии Иркутского музейного социума» — «Сибирская Атлантида» об Анчериково говорится буквально следующее: «Поселение образовано как выселок в 1901 году. Тогда в нем проживало 55 человек. Двухрядная застройка в одну улицу расположилась на левом берегу реки Вихоревка, в стороне от основного тракта. В окружающем ландшафте присутствует близко расположенная к поселку лесная зона, а также небольшие расчищенные участки пашни на южном склоне и луга по береговой полосе. В деревне сохранилось многое от лагерного прошлого этих мест, именно это представляет интерес для автотуристов».

Деревню, просуществовавшую сотни лет, выстоявшую войны и коллективизацию, в наши дни постигла обычная участь – она обезлюдела. По данным недавней переписи, в Анчериково проживало 22 человека, которые по большей части лишь числились в нем, а сейчас, по словам Григория Михайловича, здесь всего одиннадцать душ: его сестра с зятем, переехавшие сюда недавно по зову сердца из города, одноклассница и еще несколько приезжих. На медицину они не надеются – уколы ставят сами. За продуктами и пенсией ездят в Падун — 30 километров, но зимой из-за бездорожья это редко удается.

Дом Чупиных, поставленный еще до войны руками Григория Петровича и Марии Галактионовны, и сегодня один из самых добротных в деревне. Михаил Григорьевич несколько раз предлагал его музею «Ангарская деревня», но вывезти его из-за финансовых трудностей не смогли, и тогда решил отремонтировать и сделать из него что-то вроде деревенского музея. С помощью родственника Григория Чупина из Грихуткино и одноклассника Анатолия Федоровича Московских Михаил Григорьевич осилил ремонт и повесил на доме памятную доску с изображением семьи деда Григория, сопроводив собственным стихотворным посвящением: «…Здесь я родился, раздался мой плач…». Дом деда стал для Михаила Григорьевича и его семьи больше чем дачей и местом летнего отдыха. Он словно бы снова вернулся в Анчериково, став по сути его хранителем.

Реставрационные мероприятия не ограничились дедовским домом. Михаил Григорьевич соорудил в селе копию сторожевой башни Братского острога, соблюдя при этом даже число бревен в кладке, — точь-в-точь как в «Ангарской деревне» только чуть поменьше. Снабдил башню кое-каким крестьянским инвентарем (рогатина, котелок, корзина) – и получился своего рода мини-музей под открытым небом. Заключительным штрихом этой экспозиции, по планам Чупина, станет роза ветров, сооруженная из пяти каменных глыб с надписью: «Сие есть поселение Анчериково по воле Господа Бога нашего и судьбы каждого». Здесь же, на околице, Михаил Григорьевич решил поставить сторожевую будку и вестовой столб с указателем «Москва — 5555 км». Пусть это лишний раз напоминает, что до Бога высоко, а до Москвы далеко, и все свои проблемы надо решать самим.

 

Автор: Сергей МАСЛАКОВ

 

Источники: сайт «Сибирский Характер» и сайт «Братск.Орг» (фото)



Данный материал доступен в соответствии с лицензией Creative Commons Attribution 2.5


ВНИМАНИЕ! Комментарии читателей сайта являются мнениями лиц их написавших, и могут не совпадать с мнением редакции. Редакция оставляет за собой право удалять любые комментарии с сайта или редактировать их в любой момент. Запрещено публиковать комментарии содержащие оскорбления личного, религиозного, национального, политического характера, или нарушающие иные требования законодательства РФ. Нажатие кнопки «Оставить комментарий» означает что вы принимаете эти условия и обязуетесь их выполнять.

Автор:

Источники: сайты «Сибирский Характер» (текст) и «Братск.Орг» (фото)


Данный материал доступен в соответствии с лицензией Creative Commons Attribution 2.5


ВНИМАНИЕ! Комментарии читателей сайта являются мнениями лиц их написавших, и могут не совпадать с мнением редакции. Редакция оставляет за собой право удалять любые комментарии с сайта или редактировать их в любой момент. Запрещено публиковать комментарии содержащие оскорбления личного, религиозного, национального, политического характера, или нарушающие иные требования законодательства РФ. Нажатие кнопки «Оставить комментарий» означает что вы принимаете эти условия и обязуетесь их выполнять.

ХРАНИТЕЛЬ ДЕРЕВНИ АНЧЕРИКОВО БРАТСКИЙ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬ МИХАИЛ ЧУПИН, 5.0 out of 5 based on 8 ratings



Рейтинг:
VN:F [1.9.22_1171]
Rating: 5.0/5 (8 votes cast)
| Дата: 12 февраля 2013 г. | Просмотров: 1 040