Лидеры рейтинга

ПИСЬМА ИЗ БРАТСКА. 1 ЧАСТЬ: 1960 ГОД (Автор: Бурыкина С.С.)

ПИСЬМА ИЗ БРАТСКА. 1 ЧАСТЬ: 1960 ГОД (Автор: Бурыкина С.С.)

Письма из Братска

Обложка книги «ПИСЬМА ИЗ БРАТСКА»

Эта книга состоит из писем, написанных молодыми выпускницами Московского инженерно-строительного института, добровольно уехавшими из Москвы работать в Братск в период строительства Братской ГЭС — одной из величайших «комсомольских строек».

 

Книга несёт в себе прямое свидетельство, дыхание творящейся на глазах истории со всеми иллюзиями, наивным романтизмом и искренним патриотизмом авторов.

 

К написанию книги её автора подтолкнул ряд случайностей, которые, мы надеемся, читатель назовёт счастливыми. Приятного чтения!

 

Это издание мы посвящаем 75-летию любимой мамы
Павел и Ольга Бурыкины

 

МИСИ

ПОСЛЕ ЭКЗАМЕНОВ В ИНСТИТУТЕ

ОТ АВТОРА

 
Разбираясь в семейном архиве, я случайно обнаружила большую пачку моих писем из Братска родным в Москву, которые сохранила (спасибо ей!) моя мама. В Братск я уехала работать после окончания Московского инженерно-строительного института. Сейчас мне уже за семьдесят. Было очень интересно читать и вспоминать начало своей трудовой жизни пятьдесят лет назад в эпоху «построения коммунизма в отдельно взятой стране» — Советском Союзе.

Я подумала, что сегодняшним молодым людям будет не менее интересно узнать о жизни в той, уже не существующей, стране не по воспоминаниям, а по свежим впечатлениям, которыми я делилась с близкими, узнать о делах и мыслях советской девушки той эпохи.

Эти письма, можно сказать, прямое свидетельство истории. Текст я совершенно не корректировала, лишь удаляла чисто интимные семейные темы.

Когда уже текст был набран, конечно, первыми, кто познакомился с ним, были мои подруги, с которыми я разделила все тяготы и радости того времени, — Инна Вассерман, Лёля (Елена) Михина и Дина Шибаева. К нашему общему разочарованию, большая часть их писем домой канула в лету. Осталось немного у Лёли, и мы присоединили их к моим.

Письма рассортированы по датам. Ниже даты указаны имя автора (Стелла или Лёля) и адресат.

Хочу ещё кое-что пояснить. В то время каждый советский студент, получив бесплатное образование, обязан был отработать три года там, куда пошлёт его государство, а именно, «комиссия по распределению».

Я и мои подруги во время студенческих каникул ходили в туристические походы, были очень дружны и после окончания института решили вместе поехать работать на Братскую ГЭС. В комиссии по распределению не было разнарядки в Братск, но мы очень настаивали и получили всё-таки путевки в далекий сибирский край.
 

Поезд Москва-Лена

ДИНА, ИННА, ЛЁЛЯ И СТЕЛЛА (слева на право) НА ПУТИ В БРАТСК

5 сентября 1960 г.

(Стелла — маме)

 
Вот мы и в Братске! Уже два дня. Высадились из поезда в Братске -1. По радио объявляют: “Приехавшие на стройку впервые и демобилизованные — к такому-то автобусу». В дороге уполномоченный от отдела кадров нам рассказывает: «Едем по дну будущего Братского моря. Затопление начнется в будущем году». Тайги пока не видим — только обширные заболоченные луга. А вот и Ангара! Она такой ширины, что глазом не достать другого берега. Вся состоит из рукавов. Самое узкое место между скалами — 900 метров. Здесь и строиться плотина. За ней огромной величины пороги, через которые с грохотом несётся ангарская вода. Это Падунские пороги.

Привезли нас в отдел кадров Братскгэсстроя, а там никого нет. Так и остались ночевать в отделе кадров на полу. Благо, одеяла и телогрейки были при нас, и сами мы в подобающем туристском облачении.

Братск 1960 года

ПЕРВЫЙ ДЕНЬ В БРАТСКЕ. НА ПЕШЕХОДНОМ ПЕРЕХОДЕ


Вечером пошли смотреть город. Стройные улицы с асфальтированной проезжей частью. Дома двухэтажные, деревянные, типовые, очень аккуратненькие. Между домами — большие промежутки со всех сторон. Там растут деревья, да не чахлые саженцы, а огромные кедры. Посреди города, вдруг, лес. Город даже чем-то напоминает дачный посёлок. Успели полюбоваться на закат солнца.

Люди? Самые разнообразные: от девушек на высоких каблуках с накрашенными губками до самых простых рабочих в грязных комбинезонах и сапогах. Люди доброжелательные и спокойные. Нет напряжённых спешащих нахмуренных лиц, отягощённых «невыносимыми» заботами, как все почти в Москве. И в очереди и то с улыбкой стоят.

Здесь есть турбаза, большой спортивный городок с зимними залами, столовая, танцплощадка и клуб, уж не говоря о парикмахерских, ателье и комбинате бытового обслуживания. В бывшей гостинице, где мы сейчас находимся, будет политехнический институт. Так что, это город! Не такой уж благоустроенный, как любой старый город, но всё же — город.

Братск в 1960 году

ПЕРВЫЙ ДЕНЬ. ЗНАКОМСТВО С БРАТСКОМ


Теперь опишу похождения сегодняшнего дня. Итак, с утра мы уже у приёмной начальника отдела кадров. Слава Богу, нам пришлось ждать. Бога благодарим за то, что мы успели до визита к начальнику случайно узнать одного парня, окончившего наш институт несколько лет назад, о котором писалось в московской газете и который бывал на наших туристских слётах МИСИ в Москве. Благодаря слетам мы его и узнали. Это был Женя Елизаров. Он обрадовался нам и, конечно, сразу посчитал своим долгом взять нас под свою опеку в вопросе устройства на работу. Прежде всего, посоветовал в любом случае не соглашаться сразу, а прийти к нему и рассказать.

Идём к начальнику отдела кадров, а он: две останутся здесь (Дина и Инна), а две поедут в Коршуниху (мы с Лёлей). Коршуниха — это посёлок в 120 км от Братска. Там строится рудообогатительный комбинат, который относится тоже к Братскгэсстрою. Женя нам: «Ни в коем случае не соглашайтесь. Мы вам двоим найдём места здесь». И тут же нашел в Проектной конторе Управления Братскгэсстроя. Вдруг нам сообщают, что нас хочет видеть Главный инженер Братскгэсстроя Гиндин. Женя удивился и говорит: «Обычно у нас кадры через Главного инженера не проходят. В этом случае мы ничего сделать не можем. Поплачьтесь ему в плечико». Мы давай придумывать доводы, почему мы обязательно должны остаться вместе. Основной придумали такой: мы — подруги со школы и специально поступали на разные факультеты, чтобы, окончив институт, вместе работать.

Пока ждали аудиенции у Гиндина к нам подошла руководитель группы проектирования ЛПК — лесопромышленного комплекса, крупнейшего в мире, который будет работать на энергии Братской ГЭС. Она рассказала: «Сантехнические работы на ЛПК просто грандиозны! Трубы для воды будут диаметром от 900 мм до 3000 мм. Работа очень интересная: надо начать с проектирования и закончить пуском комбината в короткий срок». Ей мы страшно нужны. Когда нас спрашивали, куда мы сами хотим идти работать: на проектную работу или на производство, мы отвечали довольно неопределённо: «На проектирование поближе к производству». Люди, которые обступили нас к тому времени, смеялись: «Здесь и есть проектирование поближе к производству».

Наконец, нас принял Гиндин. Мы ему «поплакались». Он понял и сказал, что подумает. Он сказал, что к ним ещё ни разу не присылали сантехников. Мы, конечно, тут же похвалились, что сами этого добивались и с трудом добились. И ещё он сказал, что мы нужны везде, буквально, везде! У него в кабинете сидел человек из Коршунихи. Так он умолял и требовал и глазами сверкал на Гиндина, чтобы тот согласился нас отдать ему. Не успели мы выйти от Главного инженера, как нас спрашивают: «Это вы сантехники?» Просто сенсация какая-то! Что с нами будет, мы так и не знаем. Завтра Гиндин даст ответ. Ночуем в бывшей гостинице опять без кроватей.

Сантехники

.САНТЕХНИКИ. 1-Й ДЕНЬ

7 сентября 1960 г.

(Стелла — маме)

 
Вот мы и в своей комнате, т.е. в палатке на 14 человек. Пока мы здесь одни — для нас открыли новую палатку. Записка Гиндина с просьбой поместить нас жить в одно место сыграла свою решающую роль.

Нас послали на строительство ЛПК. Мы находимся не в том городе, где Управление Братскгэсстроя — Братске-5, а в Братске-8. Это самое новое и интересное дело в Братске. Сейчас работы только разворачиваются, но в будущем году это будет колоссальная стройка. Меня определили мастером в строительно-монтажное управление по прокладке наружных сетей. Лёлю — в управление по эксплуатации сантехники. Инну — в управление по монтажу внутренней сантехники, а Дину — в управление по монтажу вентиляции в промзданиях. Но жить мы будем вместе. Главный инженер и начальник строительства ЛПК приняли нас очень хорошо. В своих конторах мы ещё не были. Это хорошо, что начинаем с мастеров . В технический отдел всегда успеем перейти.

Обещают дать отдельную комнату в общежитии ИТР, когда его примут в эксплуатацию. С продуктами, вроде, хорошо: есть масло, сахар, иногда мясо, сыр, колбаса, яблоки.

СМУ СПЕЦСТРОЙ

СМУ СПЕЦСТРОЙ — МОЯ КОНТОРА.

12 сентября 1960 г.

(Стелла — маме)

 
Сижу сейчас на досках у бульдозера и жду руководство. Делать пока нечего, но такие минуты очень и очень редки. В основном, семь часов подряд бегаешь. Причём не в туфельках по асфальтовой дороге, а в сапогах по ужаснейшей грязи, несмотря на то, что стоит прекрасная погода. Вот уже 5 дней я на работе и поняла, как мне кажется, что это такое. Это работа диспетчера. Я должна расставить бригады, которых у меня 6, расставить механизмы, которых у меня около 16, начиная от трактора, бульдозера, корчевателя, самосвалов и кончая экскаваторами, обеспечить материалами, выписать наряды на работу и в конце месяца «закрыть» их, чтобы определить, кто сколько заработал. Для этой работы инженером совсем не обязательно быть. Но я особенно не обижаюсь. Сейчас нам надо познакомиться вообще с работой, и даже не важно — с какой.

Участок у нас огромный — в несколько километров. Собственно, мы делаем всю наружную сантехнику Братска-8. Я уже остаюсь за начальника участка по той простой причине, что прораб, так называемый начальник участка, пьян и не является на работу, второй мастер (девушка) пойдёт во вторую смену, а третий мастер (мужчина, лет 30-ти) уезжает куда-то во время работы.

Сегодня начальник СМУ (человек интеллигентный и деловой) дал мне конкретную мою работу. Я буду прокладывать теплосеть первого микрорайона города, начиная с выборки материалов, всяких актов, позволяющих начать работу, нарядов для рабочих и т.д. и кончая сдачей выполненных работ заказчику. Что-то я не верю, что справлюсь с этой работой. Я ведь ещё НИЧЕГО не умею. Задание это очень ответственное: проложить надо к заморозкам, т.к. оставить микрорайон без тепла нельзя. Дадут мне 3 бригады. Беспорядки на участке большие, как это можно было понять из моих слов. Но ничего, думаю, что всё придёт в скором времени в порядок. Ведь работы здесь только разворачиваются. Сейчас строится только рабочий посёлок, состоящий из 8-ми микрорайонов, а будет огромный город из каменных многоэтажных домов с небывалой промышленностью. Промышленные здания будут высотой 50 метров. Всего даже не описать! Главное, что всё только начинается. Работаем прямо в лесу. Корчеватели от экскаваторов не отходят.

Мы сфотографировали теперешний вид города. Что будет через два-три года, тоже зафиксируем. Помнишь, мы читали в какой-то газете о строительстве 8-го Братска, в котором строится величайший в мире лесопромышленный комплекс? Так вот: всю сантехнику этого города будем делать мы!

Живём мы дружно и интересно. Не представляю, что бы мы делали по одной. А так, даже не чувствуется каких-то особых перемен в жизни, как будто мы в походе. В палатке живёт 14 человек. Тепло, есть печка, дрова в лесу рядом. Дали кровати со всеми спальными принадлежностями. Пока мы, конечно, не живём, а существуем: хочется, наконец, повесить платья, разложить книги, распаковать чемоданы, постирать…

Тебя интересует, что мы делаем вечерами. Они почему-то проходят очень быстро. Поверишь ли: даже некогда книжку взять почитать. Пока расскажем друг другу, что делается на работе, пока сварим да поедим, время подходит к 8-9 часам. Потом начинаем письма писать или чертежи разбирать, техническую литературу смотреть, тут и спать пора. Иногда в кино ходим. Есть здесь клуб на 300 мест очень хороший. Картины идут с опозданием. Есть клуб в палаточном городке, но туда мы не ходим: грязно, душно, темно. Больше культурных заведений тут нет. Кроме кино бывают танцы. Стадиона и спортзала тоже пока нет. Каждое воскресенье намечаем поехать в Братск-5, чтобы записаться в лыжную секцию. Там есть даже роликовые коньки. Катки тоже будут в Братске-5. До него примерно 30 км. На автобусе ехать час, а на попутке быстро. Мы предпочитаем передвигаться на попутках. Шоферы не «калымят».
 

Палаточный городок Братска

ДОРОГА ОТ ПАЛАТОЧНОГО ГОРОДКА К ПОСЕЛКУ

17 сентября 1960 г.

(Стелла — маме)

 
Лес сейчас очень красивый! Сосны перемежаются с березами, осинами, и потому очень живописные картины: красное, желтое, зелёное, белое. Стройка тоже живописная: на фоне леса стоят где — новенькие, только что отделанные деревянные дома, где — пока ещё безглазые срубы. Деревья вокруг домов также, как в Братске-5, не вырубаются. Удивительно красивые закаты! Таких я нигде и никогда не видела. Каждый вечер провожаем солнышко к вам. Ведь мы с ним прощаемся на 5 часов раньше, чем вы. Каждый день слушаем московские передачи. Скоро начинаются дожди (сейчас пошёл, кстати). Тогда будет для нас, наружников, ой, какое плохое время! Ещё очень много срочного мы пока не сделали.

Напишу теперь, как обстоят дела с мошкой. Это такое мелкое насекомое, меньше комара, которое кусается действительно сильно. Расчёсываешь укусы до опухоли. Но всё-таки мошка не такая страшная, как нам рассказывали. Она бьётся об тебя, залетает в нос, уши, глаза, не даёт смотреть, но кусает редко. Меня, например, в лицо ещё ни разу не укусила. Что интересно, кусает не всех. Вот Лёлю ещё ни одна мошка не укусила. А некоторые рабочие прямо-таки не снимают накомарники. Мы их не носим и мазью не мажемся, хотя мази у нас много.

Как с питанием? Есть две столовые. Одна очень плохая в палаточном городке, другая — ничего, правда, там день назад девять человек отравилось. Мы туда не ходим. Во время обеденного перерыва мы с Лёлей бежим домой (один км), а Дина с Инной работают далеко, в 12 км. отсюда и обедают там. Варим манные каши на сухом молоке, иногда картошку, иногда баночные щи. Утром едим консервы из лосося (покупаем большие банки), плавленные сырки или просто хлеб с маслом и вареньем. Колбасу и домашние яички все съели. Они доехали хорошо.

С мисийцами пока не связывались. Они живут далеко. Когда в общежитие переедем, съездим к ним и даже пригласим к себе на пластинки. Главное, мы абсолютно не жалеем, что сюда приехали. Во всём нашем СМУ всего два специалиста: это инженер ПТО и я. Даже начальник СМУ без высшего образования. Поэтому на инженеров здесь молятся, правда на нас пока ещё нельзя молиться. В Проектной конторе управления строительства на должности сантехников работают гидротехники (специалисты по плотинам). Абсолютно везде дефицит сантехников.
 

Братск в 1960 году

.НА МЕСТЕ ЛЕСА СПРАВА БУДЕТ МОРЕ

25 сентября 1960 г.

(Стелла — маме)

 
Только теперь мы поняли всю прелесть выходных. Это блаженство во всех отношениях! Во-первых, вечером в субботу можно не спать хоть до часу ночи. Во-вторых, утром в воскресенье можно спать хоть до часу дня. В-третьих, с тебя снимаются все заботы и можешь отдыхать и душой, и телом. В воскресенье весь день радио транслирует Москву.

Так как же проходит наша жизнь и работа? Всё уже вошло в нормальную колею. Работа не столь страшная, как сначала показалось. Мне дали отдельный участок — 1-ый микрорайон, в котором я прокладываю теплосети. Делаю выборку материалов, заказываю их, готовлю трассу для работы экскаваторов, т.е. расчищаю её, корчую деревья, убираю стройматериалы. Одновременно выписываю наряды рабочим, оформляю требуемые акты. Люди неплохие, от работы не отлынивают, а главное, слушаются. Даже, если бы была работа хуже, я бы не расстраивалась, потому что важно начать, пообтесаться, понять, в принципе, производство работ, а когда буду специалистом, а не слепым котёнком, то и появится интересная, захватывающая работа. Сантехнические работы здесь такие разворачиваются, для которых нужно многое знать и уметь. Сейчас ведь мы только подготавливаем жильё для строителей ЛПК и алюминиевого завода. Население города возрастёт с 2 тысяч до 300 тысяч. Капиталовложения в сантехнику возрастают с молниеносной быстротой: с 330 тысяч рублей в октябре до 340 млн в январе. Я даже сама немножко не верю в эти цифры.

Недавно было первое комсомольское собрание на ЛПК. Там нам объявили. что ЦК комсомола сделал ЛПК ударной комсомольской стройкой страны. Мы выбрали 1-ый комитет комсомола стройки, который в будущем станет райкомом. Со спортом всё наладится, скоро и кружки будут работать при клубе. Так что нам не придётся ездить в Братск-5 на тренировки.

Начинаем приобретать уже интересные знакомства. Вот послушайте, какой случай у нас произошёл. У Лёли на работе есть одна женщина — главный бухгалтер. Она как-то узнала, что мы в баню ездим на Падун (Братск-5) и пригласила к себе домой помыться в ванне. Заодно сказала прихватить грязное бельишко. Мы так и сделали.

Прекрасно помылись, постирали в стиральной машине. У неё двое детей. Посмотрели диафильмы, а потом даже попили чай с вареньем в чашках с блюдцами и за круглым столом. В общем, было очень приятно, уютно, светло. Она приглашала всё время к ней приходить. Обрадовалась, что у нас есть пластинки. У неё есть магнитофон, и она перепишет их. Приглашала делать сибирские пельмени. В общем, мы как бы желанные гости. Оказалось, что это семья Александрова, моего начальника СМУ. Он в тот день был в командировке, и потому его не оказалось дома. Представляете, история какая? Я с ним постоянно имею дело. Он неплохой человек и как начальник неплохой. Теперь не знаю, что делать. Если я буду вместе с девочками ходить к ним, я буду в неудобном положении: знаете, как смотрят маленькие начальники на это дело? А если я не буду ходить, то и девочки мои не пойдут. А здесь лишаться возможности прийти в домашнюю обстановку, в семью, не хочется.

Ещё одно интересное знакомство: здесь живет человек, который является председателем байдарочной секции на Падуне. Он приглашает нас летом заняться этим делом. Байдарок много, и они часто устраивают походы. Представляешь? Об этом мы даже мечтать не могли в Москве!

Сейчас стоит здесь замечательная погода. Лес, как в сказке! Удивительно красивые закаты! Утром уже на всём лежит иней. Между прочим, самым любимым делом здесь на досуге является охота. В воскресенье масса людей уезжает и уходит в тайгу. В следующее воскресение мы, наверное, тоже пойдём на охоту с ребятами (рабочими).

С продуктами сейчас стало неплохо. Есть всё время арбузы, правда, чаще всего розовые, картошка замечательная — крупная, вкусная, рассыпчатая, есть капуста. Был даже как-то лук репчатый очень хороший, но нам не удалось его купить. Помидоры, огурцы — только на базаре и очень дорогие, яиц совсем нет.
 

Братск палаточный

ВХОД В НАШУ ПАЛАТКУ

25 сентября 1960 г.

(Стелла — бабушке)

 
Сейчас мы варим и жарим грибы, которые набрали сразу за палатками, буквально, за 15 минут. Здесь очень много грибов. Можно солить, но времени нет.
 

29 сентября 1960 г.

(Стелла — маме)

 
Опишу новые события. Во-первых, с величайшей радостью сообщаю, что сняли моего прораба-пьяницу. Новый прораб — бывший нормировщик, плотник, бульдозерист, жестянщик, только не слесарь- сантехник, но он сразу всё взял в свои руки, и я надеюсь, что с 1 октября всё упорядочится.

Сейчас конец месяца. Составляем калькуляции на разные виды работ, акты, закрываем наряды. Пока рабочие не обижаются: они зарабатывают довольно много — до 60 руб . в день. У Инны закрывают наряды по 25 руб. Люди хотят работать и работают с удовольствием, но часто то материалов нет, то машины нет их привезти, то сварщика нет. Вот и сидят. Лёля сейчас по котельным специализируется. Дина — на вентиляции. Живём по-прежнему в палатке. Уже 2 месяца никак не могут сдать общежитие. Нам сказали, что если и к заморозкам не сдадут, то всё равно заселят.

Вчера были на концерте. Концерт тут — целое событие. Артисты были из иркутской филармонии: 1 акробат, 1 иллюзионист, 1 юморист, певичка и баянист. Можете себе представить, что за концерт?! Хлопали здорово! Мы решили на концерты больше не ходить. Кинофильмов достаточно, новые картины не пропускаем.

Анна Прокопьевна, жена Александрова, снабжает нас собственными солёными огурчиками и грибами. Всё очень вкусно. У неё мы стираемся.

Да, получили от наших мальчишек очень тёплое письмо. Пишут, что гордятся нами и завидуют, в Москве стало без нас скучно.

Очень интересно здесь бывает по утрам. В 7 ч. 45 мин. из всех палаток высыпает народ в спецовках, в сапогах. И по дороге к городу -чуть ли не колонны рабочих. Всё время ездят машины, развозящие людей по объектам. Они почти не останавливаются. Люди на ходу забираются на машины и на ходу спрыгивают. Дорога до посёлка идет лесом и очень красивая.
 

Палаточный городок

ПАЛАТОЧНЫЙ ГОРОДОК

6 октября 1960 г.

(Стелла — маме)

 
Вчера получила очень хорошее и тёплое письмо от Марка Александровича, а сегодня ваши, сразу два. Не представляете, сколько радости они доставляют! Причём, мы очень ревностно следим, чтобы ВСЕМ приходили письма. Если троим есть, а одной нет письма, то у всех радость не полная. Так что вы друг друга подталкивайте в этом отношении. Нам пишут девочки из группы, только от Иры Бурт ничего нет. Что с ней, куда она пропала?

Нас скоро должны вселить-таки в общежитие, несмотря на то, что оно не сдано, т. к. на днях приезжают около тысячи демобилизованных (ведь объявили ударной комсомольской стройкой), и их надо куда-то селить. В общежитии будут все удобства: и душ, и печки дровяные для готовки, и титан с горячей водой. Здесь тоже не так уж плохо — привыкли, только некуда положить вновь прибывшие вещи с «медленной скоростью». Они пока ждут на вокзале. В палатке у нас свой угол, и поэтому удобно, только нет шкафа. всё висит на гвоздиках, а то, и вообще, не распаковывалось. С питанием нормально, можете не беспокоиться. Покупаем продукты оптом, потому что народу в магазинах (а их у нас два), хоть и немного, но стоять приходиться долго.

Погода у нас стоит сейчас замечательная! По утрам выпадает иней, а днём жара, как летом. Дорожки в тайге засыпаны желтыми листьями и иголками от лиственниц. Осень очень красивая! Но на стройке и в посёлке такая грязь, от которой домой приходишь по пояс в глине. Здесь на глубине, примерно, 4 метра — вечный лёд, и воде после дождей некуда уходить. На наружных сетях трудно работать: подъездов нет, машины вязнут, приходиться постоянно дежурить тракторам для вытаскивания и подтаскивания машин и экскаваторов на колёсном ходу. В самом посёлке (это домов 40 действующих) уже есть гравийные дороги. Кстати, море подойдёт к нам на расстояние 100 м.

Скоро уже заморозки, возможно, через неделю. Спрашиваешь: что нужно из тёплого? Думаю, ничего. К зиме всем, в том числе и нам, должны выдать телогрейки, ватные штаны, валенки, варежки.

Сегодня подписались на «Комсомолку», «Литературку», «Известия» и журнал «Октябрь» на целый год. Деньги — в получку. А в воскресенье снова мылись у Анны Прокопьевны и слушали музыку. Это доставило нам столько удовольствия! А потом она угостила нас блинчиками с мясом и чаем. Александров в это время был на охоте. По утрам делаем зарядку. Дина пример подала.

Ковш экскаватора

.КАКИЕ МАХИНЫ! (ПЕРВОЕ ПОСЕЩЕНИЕ ПЛОТИНЫ СТРОЯЩЕЙСЯ БРАТСКОЙ ГЭС)


О работе. Завтра один из мастеров уйдёт в бригадиры, и мы останемся с Лидой (мастером) одни. Сейчас это такой огромный участок, что здесь нужно двух прорабов. А у нас всего два мастера и один прораб. Я ещё не могу по-настоящему руководить людьми и механизмами, которых у нас очень много, да думаю, что и в дальнейшем не смогу. Потому что это работа для башковитого тёртого мужика, который умеет и прикрикнуть на рабочих и про выпивку с ними поговорить. Нас, в том числе и меня, рабочие слушаются, но вот выбивать из снабженцев материалы, а из диспетчеров механизмы трудно, если не умеешь ругаться. Тут и голос требуется и рост. Ну, а в общем, неприятностей у меня на работе пока нет. Как-то странно сознавать себя настолько сильной, что можешь приказывать рабочим, перегонять огромные механизмы, разрешать постоянные затруднения в процессе работы. Пользу, конечно, я приношу, но делаю я всё-таки, вернее, могу сделать, намного меньше, чем на моём месте мужчина, пусть даже не инженер.

Иногда получаются и казусы: то засыпала незаконченную канализацию, то колодцы вывела выше нужной отметки. Но всё это не так страшно, как кажется сначала. Засыпала — придётся поставить экскаватор и откопать. Таких вещей делается здесь сколько угодно. Организация ещё новая. Зачастую сеть прокладывается без проекта по собственному разумению. Оценка работы такая: сдают дом, а мы к нему что-то не подвели — плохо работаем. Всё вовремя подвели к строящемуся дому — молодцы.

Девочки из институтской группы пишут нам, что они сидят в проектных институтах абсолютно без толку. Дела никакого серьёзного им не дают. И у них чувство полной никчемности, ненужности на том месте, куда их поставили. Так что, наверное, у всех начинается нелегко, и не сразу всё получается, как хотелось бы.

Интересные у нас бывают обеденные перерывы и первые часы после работы. Все делятся впечатлениями, затруднениями, радостями и победами. Совместно всё обсуждаем. Очень здорово, что мы вместе!
 

Братский палаточный городок

.ВИД НА ПАЛАТОЧНЫЙ ГОРОДОК С ШОССЕ

12 октября 1960 г.

(Стелла — маме)

 
У нас началась зима. Позавчера выпал первый снег и не растаял. Такая красота кругом! Деревья в снегу, всё сверкает, а под ногами поскрипывает. Даже как-то не верится — настоящая зима! старожилы говорят, что снег уже не растает. я уже на работу хожу в телогрейке.

Работа мне больше и больше нравится. Рабочие часы проходят очень живо и интересно. Каждый день всё по-разному. Бывает день — столько напортачишь, хоть плачь: то бетонные плиты не там разгрузила, то акты не так составила, то материалами не обеспечила — забыла. А бывает: день пройдёт и не заметишь — всё быстро и оперативно. В такие дни приходит чувство удовлетворения, сознание своей нужности. Люди здесь очень хорошие, хоть много бывших зэков. Они простые и доброжелательные, и очень ценят внимание. Здорово, что я работаю именно на производстве, наверное, это время я никогда не забуду. Ещё в институте я и хотела, и не верила в возможность работы на стройке. А вот уже работаю. И ничего страшного нет. В конторе, наверное, гораздо скучнее. Ведь здесь общаешься с массой людей. В общем, здорово!

Из палатки мы ещё не выехали. Когда переедем — не знаю. Ты спрашиваешь, где готовим. На печке у себя в палатке. Это очень быстро и просто. Дрова тут же — в лесу за палатками. Сегодня сварили в первый раз свежее мясо и пожарили с луком. Это не потому, что целый месяц не было в магазине мяса, а просто нам не хотелось в очереди стоять. В магазине есть и мясо, и рыба мороженная. Лук мы недавно купили по 5 руб. целых 10 кг. Сладкий, сочный! Из продуктов посылать ничего не надо — по хорошей еде ещё не очень скучаем.

В это воскресенье мы поедем на Правый Берег (в Братск-3) строить вместе со всеми туристами слаломную трассу с подъемником. Всем руководит Женя Елизаров, с которым мы держим связь. Все мисийцы живут на Правом Берегу. Это очень далеко, мы там даже ни разу не были.

А знаете, что мы сейчас делаем? Выгоняем пьяного. Со смехом и криками. Такие сцены довольно часты. Мы с пьяными обычно быстро справляемся: наваливаемся всей палаткой, а потом только хохочем. Четыре девушки из нашей палатки учатся. Есть специальные автобусы, которые возят отовсюду только школьников всех возрастов с утра до вечера в школу к нам на ЛПК.
 

13 октября 1960 г.

(Стелла — маме)

 
Если б вы знали, какие у нас морозы! Сегодня днём было 14 градусов. Представляете?! В октябре уже стоит настоящая зима, руки мёрзнут, щёки щиплет. Зима, конечно, настала совсем некстати. Мы ещё много траншей не подготовили для своих сетей. Зимой траншеи роются с помощью взрывов, а внутри кварталов рядом с домами взрывать нельзя. Что будет, не знаю.

Ты спрашиваешь, когда же мы, наконец, перейдём в общежитие. Мы сами об этом спрашиваем чуть ли не каждый день у Дирекции ЛПК, в ЖКХ, у коменданта и в Управлении строительства ЛПК. Все обещают: «не сегодня — завтра». Оно сдаётся, сдаётся и всё… никак. Сегодня уже приехал чуть не полк солдат. Их как-то разместили по палаткам. Наверное, на полу. Часть будет жить пока в вагонах на двух имеющихся у нас вокзалах. Ведь прибудет около полутора тысяч солдат и матросов после демобилизации. И одеть их надо. Так что с общежитиями они торопятся. Только бы не поселили солдат в общежития вместо нас!
 

Братская ГЭС

НА ФОНЕ ПЛОТИНЫ БРАТСКОЙ ГЭС (ПЕРВОЕ ПОСЕЩЕНИЕ)

16 октября 1960 г.

(Стелла — маме)

 
Получили уже 2 посылки: Инне — груши из Кисловодска, Дине — яблоки антоновку.

Сегодня воскресение. Только что приехали. Устали до невозможности. Где были? С утра сели на попутку и — на Правый Берег через плотину. На плотине были в первый раз. Зрелище колоссальное! Вместо описания пришлю фото.

А как красиво было в дороге! Сыпал крупный-крупный мягкий снег. Мы сидели в открытой машине и пели песни. А кругом, как в сказке: сугробы и в лесу, и на дороге, и на деревьях.

Ехали мы строить слаломную трассу. Это огромнейшая гора. Её расчистили бульдозером и корчевателем, подравняли лопатами. С одной стороны сделали подъёмник (конечно, пока не сделали, а делали). Были там все туристы — мисийцы. Такие ребята замечательные! Настоящие туристы-волки. Очень дружные. Женя Елизаров командовал. Про эту слаломную трассу вы, наверное, читали недавно в «Известиях» в статье «Бетон и гладиолусы» от 6 сентября. И вот скоро она будет готова. Строилась вся руками буквально двадцати-тридцати человек. Нас очень хорошо встречали. Приглашали всё время приезжать. Мы боимся, что это будет для нас сложно. очень даже сложно — всё-таки 45 км.

На обратном пути прошли через плотину. Это такая грандиозная штука, что трудно описать! Надо всё видеть. Издали нам казалось, что всё гораздо проще. Завтра будет первая получка. Вчера выдали телогрейку, очень теплую и симпатичную, а также валенки. Ватные штаны будут позже. Вот я к зиме и готова. Немного потеплело, сейчас градусов 5-7 мороза. Погода замечательная!
 

22 октября 1960 г.

(Стелла — маме)

 
Сегодня суббота, 7 часов вечера. В палатке у нас тишина, и можно спокойно сесть за письмо. Это необыкновенный день в отношении тишины. Такого ещё не бывало. А причина тому: сегодня все переехали в общежитие. Остались только мы вчетвером. Не пугайтесь! Мы тоже переедем, наверное, через два-три дня. Нас поселят в общежитие ИТР. Это единственный такой дом пока. Его никак не принимают.

Сегодня мы в первый раз надели валенки. Очень интересно: ноги не сгибаются, переваливаешься с боку на бок, но зато тепло. Морозы доходят до 17 днем и еще с ветром. Сегодня даже была метель. Вам, наверное, не верится, что в октябре можно отморозить нос? А это так. На работе, правда, ещё ничего — всё-таки бегаешь, да и костров много, будки есть, у нас прорабская тёплая, а вот вечером в клуб ходить очень холодно. Зимние пальто из багажа мы пока ещё не получили. Но не беспокойтесь, пока все живы и здоровы, и даже ни одна из нас не сопит.

Как у меня с работой? Знаете, я вошла во вкус. Мне теперь очень нравится. Наш прораб уехал в командировку, и мы с Лидой управляем таким огромным участком одни, причём получается неплохо. Всё делаем на равных правах, как бы, за прораба. Меня уважают и рабочие и конторщики. Я выполняю очень нужную и трудную работу. А главное, она меня нисколько не тяготит, а наоборот. Она даже вселяет какую-то гордость. Меня внимательно слушают, советуются, спрашивают. Иногда я их ругаю, приказываю. Чудно всё это! Сейчас у нас проблема с нарядами. Не успели выписать в начале месяца, и теперь с ужасом думаю, как мы будем подводить итоги в конце месяца: нужно ведь обеспечить нормальные заработки рабочим, а они даже не знают, сколько и за какую работу им будут платить.

Сегодня у нас в СМУ был товарищеский суд над прогульщиками. Так здорово рабочие выступали, что я удивлялась. Вот часто в Москве, читая газеты о сознательных рабочих или бригадах коммунистического труда, мы где-то сомневались. не верили, считали, что всё это — показуха. А на самом деле, я убедилась, что среди рабочих, особенно молодых, очень много сознательных, по-настоящему, советских людей.

Завтра мы едем на Падун, на первую лыжную тренировку. Говорят, что в спортивном городке очень мало девушек. В них нуждаются во всех видах спорта, а тем более, в лыжах. Я уже давно мечтаю о лыжах. Завтра начнём.

Недавно получила письмо от Марка Александровича. Он очень здорово пишет, что всегда за мелочами, буднями жизни, надо видеть конечную цель. Надо не теряться в мелочах. Тогда всё будет легче, интересней. Я это очень понимаю и хочу, чтобы всегда так было. Не хочется превращаться в мещанку, а это очень легко получается, когда забываешь об идее, о главном. Ведь в жизни так много замечательного! Это замечательное может остаться незамеченным, если превратиться в мещанку.
 

Мастер на строительстве Братска

В РАБОЧЕЙ ОДЕЖДЕ

28 октября 1960 г.

(Стелла — маме)

 
Только что кончилось комсомольское собрание актива. К сожалению, я на него не попала — поздно пришла с работы, но девочки такие вещи рассказывают, что дух захватывает. Мы очень вовремя приехали! Не буду рассказывать про будущее, но вот в ближайшее время привозят 1000 пар лыж, коньки, организуется огромный туристский лагерь.

Сейчас уже 2 часа ночи, а мне ещё надо написать наряды на 3 бригады. Одна хорошая, борющаяся за звание коммунистического труда, совсем молодая. Другая — новая, только что организованная, причем, люди никогда не занимались наружными сетями. Приходится им всё объяснять, приходится не только организовывать их работу, но и постоянно контролировать качество. Бригада эта мало что успела сделать, вернее, мало погонажа, хотя делали достаточно много, но сдать заказчику нечего. Придётся «туфтить» при закрытии нарядов. Третья бригада — женщины. Их прислали всего 2 дня назад от дорожников. У нас ведь почти одна физическая работа — такая, за которую они браться не хотят, да и не должны. С ними тоже морока при закрытии нарядов.

Я порой даже не успеваю сбегать на обед и домой прихожу в 5-6 часов, т.к. надо проследить работу механизмов во 2-ую смену, а то могут без меня напортачить что-нибудь. Много нервов уходит на борьбу с диспетчерами по распределению механизмов и снабженцами за своевременную доставку материалов. Кстати, в нашем Управлении вот эти самые зловредные люди, как ни странно, — единственные члены партии.

Сейчас ещё спешка из-за наступления морозов. Пока экскаваторы берут землю, надо срочно копать траншеи, а то можно весь 1-ый микрорайон оставить без тепла. С 8-ым микрорайоном мы уже рассчитались. Остался ещё 4-ый. Это коттеджи для начальников. в нём 80 домов и к каждому надо подвести коммуникации. Больше микрорайонов пока не построено, но уже начали строить кирпичные дома, а с нового года будут строиться только крупноблочные дома, а сегодняшние деревянные со временем пойдут под снос.

Как живут люди в палатках зимой? Палатки каркаснозасыпные. Конечно, холодновато, но жить можно. Дышит много народа, да печка есть. На зиму из палатки мы всё-таки выберемся.

Спрашиваешь про салаты. Мне даже смешно читать. Из чего же мы их будем делать? Картошки сейчас в магазине нет, капусты, моркови, свёклы, огурцов — тоже. Нам обещали привезти мешок картошки. Тогда будет здорово. Здесь всё временами: завезут — есть, кончилась — жди нового завоза. Братск находится далеко от других городов.
 

Братск-5

БРАТСК-5 (п.ПАДУН) ЗИМОЙ

Октябрь 1960 г.

(Лёля — ребятам-туристам из МАИ)

 
…Ух, ребята, сколько всего набралось! Обо всем хочется написать!

Ведь и сейчас у нас каждый день приносит столько нового, что не успеваешь осмыслить и охватить все это новое. Жизнь удивительная!

Во-первых. о нашей работе. Мы уже третью неделю работаем. даже аванс успели получить. Работа уже вполне самостоятельная, за которую мы несем ответственность и перед начальством, и перед рабочими. Чем мы занимаемся? Стелка работает мастером по прокладке теплосети. В ее ведении огромные участки работ, сначала она даже отчаялась разобраться во всем этом. А теперь она освоилась, командует бульдозерами, корчевателями, траншеекопателями, экскаваторами, МАЗами. И кто бы мог подумать, верно? Она и ростом-то с колесо МАЗа, а каким-то образом управляется со всем этим! Инка устанавливает калориферы, монтирует узлы управления. внутреннюю сеть. Работа ей нравится, нравятся люди в бригаде. Её объекты или в самом поселке, или на промбазе (в 10-ти км отсюда). Дальше всех работает Динка. Она приезжает позже всех. Добирается попутками или автобусами.

Вы знаете, какими привычными стали для нас поездки на попутках? Здесь удивительные порядки: голосуешь, останавливается самосвал, спрашиваешь, идет ли машина на тот объект, который тебе нужен, шофер коротко говорит «Садись!», и молча доезжаешь до места, выпрыгиваешь из кабинки, говоришь спасибо и …все. Очень просто! А утром машины развозят людей по объектам, и люди прыгают прямо на ходу из кузова, даже страшно. Мне, правда, редко удается ездить на машине, так как работа почти в одном месте. Занимаюсь всякого рода расчетами по отоплению, воде и канализации, черчу всякие схемы по котельным, насосным, выборкой оборудования из проектов — работа самая разнообразная.

Очень здорово, что мы на разных объектах. После работы -бесконечные разговоры о том, что было за день, споры, обмен знаниями. Ведь приходится водоснабженцам заниматься отоплением и наоборот.

И знаете, ведь работая у разных начальников, легче будет взять отпуск в одно время. Видите, мы уже мечтаем об отпуске, просто хочется всех увидеть, Москву, всё, что оставили, хотя бы одним глазком, а потом — снова сюда.

В среду на той неделе здесь на ЛПК было общее комсомольское собрание. Выборное. Заметьте, не отчетно-перевыборное, а выборное. На нем мы услышали, что наша стройка, независимо от Братской ГЭС, названа «Ударной комсомольской». Мы шли после собрания, шумно восхищались услышанным, фантазировали, каким все будет в недалеком будущем. А какие здесь комсомольцы! Совершенно нет пресыщенных и разочарованных. Как всем интересуются, живо на все реагируют! К выдвижению кандидатов в комитет подход удивительный: никакого формализма, обсуждают принципиально, спорят с начальством. Здесь, главным образом, демобилизованные солдаты и моряки. Особенно много последних. Это народ организованный, дружный, очень интересный.

Сейчас здесь всё только начинается: на глазах отступает тайга, причём быстро. Каждый день появляются дороги, всё разравнивается, грязи становится все меньше и меньше. Растут дома на глазах. Все преображается быстро, как в сказке. Не хватает машин. Мастера, прорабы отвоевывают у диспетчера бульдозеры, краны. Бои просто бывают! С криком, руганью, спокойных нет, разговаривают на повышенных тонах.

Стариков тут вообще нет. 99% — наш возраст до 30 лет. Остальным — не более 40. Частое слово тут в лексиконе — «будет». Будут спортивные секции (сейчас только футбол и волейбол), будут кружки (сейчас есть только агитбригада). Скоро прибудет еще несколько тысяч демобилизованных.

Ух, что у нас было вчера!!* Вы не думайте, что мы живем, «как у Христа за пазухой». Наша палатка находится среди мужских палаток. Трезвые представители мужского пола заходят к нам очень редко. Зато пьяные, бывает, и заходят. Мы научились силой их выгонять.

(*А было вот что: вечером в палатку к нам, четверым, рвались мужики, возможно, пьяные. Мы долго просили их уйти, забаррикадировали дверь столом, кроватью, но они упорно требовали от-крыть и пытались силой это сделать. Мы здорово испугались, конечно: ведь телефона у нас не было, чтобы позвать на помощь. Утром пожаловались в штаб дружины палаточного городка, и больше такого не повторялось. Ну, а одиночных пьяных, забредших к нам днём, общими усилиями легко выдворяли. — ремарка автора).
 

7 ноября 1960 г.

(Стелла — маме)

 
Наконец-то наступили долгожданные праздники. Сколько радости они принесли! Во-первых, мы в новой квартире. Уже обжились. Над моей кроватью во всю длину сделаны три полки, одна над другой. На них уже стоят книги. На улице рядом с общежитием есть сарай, наш собственный, площадью 4 кв.м. Комната вполне приличная с новенькой обстановкой и постелями. Мы успели даже приобрести посуду: тарелки, чашечки с блюдцами, рюмки, заварной чайник и т.д. В праздник уже по-человечески сели за стол с посудой. Да к тому же, на тумбочке стоит проигрыватель. Мы никак на него не нарадуемся. Пластинок много и это очень-очень здорово! 9-го заберём свою «малую скорость». Будет швейная машинка и еще книги. Жизнь будет, как дома. Велосипеды решили разобрать и оставить в комнате за шкафом, а лыжи — в сарай.

Как же мы вам завидовали сегодня! Вы видели праздничную Москву и сами, возможно, участвовали в демонстрации. Ведь это такое счастье! Как мы раньше этого не сознавали?! С 3-х часов дня слушали передачу из Москвы. Казалось, что присутствовали на Красной площади и видели сияющие лица людей, красочное оформление колонн, гостей на трибунах, правительство. Как же здорово в Москве проходят праздники! А здесь даже не чувствуется, что такой особенный праздник сегодня — 7 ноября. И никто не спешит на демонстрацию, на митинг, на танцы. Только вечеринки дома.
 

Братская ГЭС

ПЛОТИНА В ПОЛУГОТОВНОСТИ

11 ноября 1960 г.

(Стелла — маме)

 
Наконец, мы зажили по-настоящему. Вчера получили багаж, причём приехали бы мы на день позже за ним, мы бы его уже не застали — уехал бы в Москву. Четверо здоровенных Лёлиных рабочих еле сворочали наши четыре тяжеленнейших ящика. Велосипеды встали за кровати, сдадим потом в камеру хранения, книги встали на полки, швейная машинка — на тумбочку, лыжи — в сарай, вещи — по чемоданам. Теперь у нас всё под рукой. А знаете, какой внушительный вид имеют книжные полки? Несколько собраний сочинений: Маяковский, Ромэн Роллан, Чапек, Гоголь, Паустовский, Куприн, толковый словарь, книги по искусству, поэзия — в общем, замечательное разнообразие. Во всём ЛПК, конечно, нет ни у кого такой библиотеки.

Дину с Инной всё время тянут на Падун: они там нужны больше, чем здесь. В связи с этим заставляют и переселяться туда. Но Гиндин ведь вначале не разрешил разделять нас. И вот начальник их Управления специально просил всё-таки дать разрешение перевести их туда. А Гиндин (какой молодец!) запретил это делать. Представляете? «Сам» помнит и заботится о нас. Строительство Братской ГЭС подходит к концу, и начальника её — Наймушина — поставили начальником строительства ЛПК.
 

16 ноября 1960 г.

(Стелла — маме)

 
Сейчас у нас замечательная погода. Стоит мороз 18 гр. Кругом пушистый снег, деревья в инее. Это такая красотища! Что-то подобное один раз мы видели в Карелии. Прямо в тайге (внутри неё) — стройка. Иногда не верится, что это правда. Недавно Наймушин собирал в клубе ИТР-овцев. Он сказал, что мы — пионеры строительства, и на нас будет основываться создающийся коллектив, т.е. мы — костяк будущей стройки.

Недавно у нас был концерт артистов эстрады — молодёжной студии «Юность». Артистам по 20-25 лет. Очень понравилось! Молодость придала особую свежесть концерту. Мы решили написать в «Комсомолку» благодарность им и призвать молодых артистов театров приезжать к нам, а то часто сюда едут халтурщики иркутские, свердловские, красноярские и, даже, московские. Сейчас у нас уже организовались кружки: хоровой, хореографический, драматический и кройки и шитья. Лёля и Инна записались в хоровой, а я — в кружок кройки и шитья. Машинка доехала хорошо, работает нормально.

Завтра обещают мороз 35 градусов. Интересно, как это будет?Институтские новости, как проходил туристический слёт, спартаковские новости мы знаем. Традиционный осенний слёт-соревнования по ориентированию в Москве на этот раз проходил без «Спартака». Это странно, ведь мы всегда занимали первые-вторые места. Уж не потому ли, что нас не было?
 

19 ноября 1960 г.

(Стелла — маме)

 
Если вспоминать праздники, то главное, мы здорово отдохнули, совсем не думали о работе, а это — уже отдых.

Сегодня у нас 25 гр. с ветром, завтра обещают 40 с ветром. Завтра одену ватные штаны, тёплую телогрейку и меховые варежки.

В воскресенье будем делать каток. Пришлите, если сможете, гусиный жир, чтобы лицо не морозить. мазь для губ — уже 2 месяца трещины не проходят, и шерстяные носки. Они не нужны для валенок, а вот для лыжных ботинок и коньков понадобятся.

Работать сейчас стало трудно: механизмы выходят только к 10-11 часам, вместо 9, потому что никак не могут завестись. Экскаваторы роют только после взрыва. Сварка труб на морозе некачественная. Рабочие мёрзнут, а работать надо — много пусковых объектов.
 

Гиндин А.М.

ГЛАВНЫЙ ИНЖЕНЕР БРАТСКГЭССТРОЯ — АРОН МАРКОВИЧ ГИНДИН

27 ноября 1960 г.

(Стелла — маме)

 
У нас сейчас в работе самое напряженное время: нужно пустить в связи с холодами центральную котельную и обвязать теплосетью часть первого микрорайона — дома, которые будут пускаться в декабре-январе. Со вчерашнего дня я уже мастер официально. Буду получать около 1500 руб. Это даже смешно: на огромнейший участок в 200 человек дали штаты: 1 прораб и 1 мастер. Теперь у меня будет полная ответственность (и административная, и материальная) за теплосети 1-го микрорайона. Это дело срочное и, относительно, сложное — по шапке будут бить немало. Я уверена, что через некоторое время, сидя где-нибудь в проектной организации, я буду вспоминать об этой «практике» как об интереснейшей работе. Да она и вправду интересная, только трудная, причем приходится трудно всем нам, неизвестно даже, кому труднее.

У Лёли сейчас авария за аварией. Её небольшие бригады не справляются с ликвидацией их. Вообще, с водопроводом, канализацией и теплоснабжением у нас положение аховое. Есть водопроводная скважина, в которой работает глубинный насос. Он держится, буквально «на соплях». стоит отлететь какой-нибудь гаечке или винтику, как весь посёлок, в т.ч. 3 котельные, промбаза с котельной, палаточный городок остаются без воды, а это означает — и без тепла. Очистные канализационные сооружения в морозы замерзают, потому что не утеплены. Того и гляди, сточные воды замерзнут в коллекторе. Если котел выходит из строя по какой-либо причине хоть на пару часов, 3-4 дома уже заморожены: радиаторы и разводка лопаются ото льда. Вот со всеми этими проблемами приходится бороться Лёле.

Дина всё так же работает на строительстве промбазы Нового города за Падуном. Ездит она с рабочим автобусом. По 2,5-3 часа в день находится в дороге. Собираемся все вечером и начинаются рассказы о своих делах. Лёля что-то требует с Инны и с меня, я — с Инны. И так почти весь вечер проходит в спорах и решениях производственных вопросов. Приходится много читать специальной литературы. Отдохнуть вечером ещё не дают всякие калькуляции, наряды (в рабочее время этим не успеваю заниматься). Так что, как видите сейчас не хватает времени ни на тренировки, ни на походы, ни на стирки, ни на мытьё. Письма пишутся только в воскресенья.

Недавно было совещание молодых специалистов на Падуне. От ЛПК — 15 человек. Вот сколько у нас молодых специалистов! Совещание вёл Марчук. Вы, наверное. помните о нём по рассказам и по газете.

Сейчас у нас тепло: 18-20 гр, а было 37, но мы, кажется, привыкли и 28 уже не кажется нам морозом. Надеемся продержаться, не поморозившись. Главное, чтобы были тёплыми руки. Тогда всё можно отогреть. вот их сохранить в тепле трудно даже в меховых варежках. Шерстяные мы сейчас и не надеваем — это всё равно, что без варежек.

Ты спрашиваешь, как мы берём землю сейчас. Просто. Где можно, бурим и взрываем, потом — ковшом экскаватора. Где нельзя, жжём костры, закрываем полутрубами большого диаметра, а затем — вручную. Или с помощью бурильных молотков от компрессора пробиваем мерзлоту на 1 м, а потом — вручную. А то и просто долбим мерзлую землю кирками и лопатами. Трубы чеканим с паяльной лам-пой. В общем, всё сейчас движется в 10 раз медленнее, чем осенью.

С продуктами сейчас стало неплохо: есть мясо, свежая рыба и, даже, молоко. Правда, из овощей — только лук. Яблоки по 14 рублей — китайские. А недавно мы купили соленого омуля. Ну, и рыба! Вкуснее всякой кеты, а стоит всего 16 руб. Появилась даже варёная колбаса.
 

5 декабря-День Конституции

ИДЕМ НА ВЫБОРЫ

5 декабря 1960 г.

(Стелла — маме)

 
Сегодня праздник — День конституции. Наконец, можно отдохнуть: постирать, помыться, написать письма, почитать. Стираем в общей душевой комнате. Там есть корыто, доску мы купили. Вот весь день и стираем: 5 пододеяльников, 15 простыней, массу наволочек. Сушим на чердаке. На общей кухне есть печь огромная, на которой стоят баки с водой, и готовят жильцы. Более или менее удобно. Варим 2-3 дня.

Только что закрыла наряды рабочим. Получается по 30 руб. на день со всеми коэффициентам (1.3-зимний и 1.4-северный), а этого мало, и потому приписываю. Закрываю не меньше 40 руб. на день. Рабочие частенько недовольны, но ничего не поделаешь. За перерасход зарплаты с меня обещают снимать треть зарплаты и 10 процентов — за невыполнение плана. Посмотрим.

А знаете какие морозы у нас? 41 градус днём. Работали. Актированные дни начинаются с 42 и выше. До 10 декабря обещают до 60. Мы даже рады — отдохнем. А сейчас 18. «Совсем Ташкент» — так тут говорят. Интересно, что тут всегда безоблачная погода. Чистое, бирюзовое небо, и на нем раскалённый, сверкающий, розовый шар — солнце. А в сильные морозы стоит туман и лучи солнца, пробиваясь сквозь него и деревья, создают удивительную картину! Особенно хороши восходы и закаты. Солнце сначала малиновое, потом красное, а потом уже становится желтым. И небо вокруг такого же цвета. А дымы! В морозы они вертикальные и очень объемные из-за наклонных лучей солнца. В общем, картины незабываемые! Был бы здесь дядя Павлик, он бы столько написал хорошего! Он, кстати, мне пишет частенько. Я отвечаю, правда, не сразу. Вообще, нам пишут много: девочки из института, ребята из института, ребята из МАИ.
 

11 декабря 1960 г.

(Стелла — маме)

 
Получила ваше письмо как раз в воскресенье. И оно стало сразу праздником. Если бы не письмо, оно было бы для меня обычным будничным днём, потому что работала, как всегда, 7 часов. У нас сейчас аврал: к 15 декабря должны сдать центральную котельную, временную теплосеть и постоянную обвязку теплосетью 12-ти домов первого микрорайона. Всем этим хозяйством занимаюсь я, причем еще ни одна часть, ни один дом не сдан, а сейчас доделывается и сдается. Работа адская! Я до того устаю, что по ночам мне не дают заснуть какие-то кошмары, в голову лезут всевозможные решения производственных вопросов. Да, я действительно поняла, что такое работа и что такое ответственность! И Марк Александрович, как в воду смотрел, когда говорил, что на работе не глядят на то, что тебе всего чуть более 20-ти лет, и что ты ещё ничего не знаешь. Требуют и всё! Сейчас немного легче стало: 2 бригады забрали у меня. А остальные 5 по 15 -17 человек — на мне. С ними я живу хорошо. У них отдыхаешь. Мы понимаем друг друга и работаем совместно. А вот начальство… Их четверо здоровенных детин: начальник СМУ, главный инженер СМУ, начальник участка и прораб. И все они спрашивают с меня, ругают меня и не дают мне покоя. Потому что больше никого у них нет. Работы всего СМУ сосредоточены сейчас на моем участке (и немного у старика Капитонова — 2 бригады). И начальство, получается, следит только за моей работой.

Ты спрашиваешь, стала ли работа для нас однообразной? Нет, конечно. Ведь у нас идут всё время разные вещи. Вот Инна, например, монтировала столовую, бетонный завод, а сейчас — жилые дома, Дина — керамзитовый завод. И у меня каждый день — разные вещи, и есть много интересного. Вообще, дни бегут ужасно! Не успеешь прийти на работу, как уже обед, а после обеда, можно считать, что уже и день кончился. Всё в каком-то угаре…

Большое вам спасибо за посылку! Она для нас была большим сюрпризом. Открываем ящик и с трепетом вынимаем по одному сверточку, коробочке и рассматриваем. Очень приятное занятие! Замечательные чулки, понравилось всё печенье, халва, пастила, конфеты — всё прекрасно! Лимоны и мандарины немного промёрзли. Икра нас очень удивила, никак не ожидали такого. В общем, все очень вкусно, хорошо доехало и осталось в целости и сохранности.

Вы спрашиваете, как провели 5 декабря? Весь день у нас гужевались гости. Буквально. отбоя от них не было. Кто пластинки слушает, кто книги смотрит, кто просто разговаривает. Это в нашей маленькой комнатке. а вообще, праздники тут очень чувствуются по всеобщему настроению. Часто в общежитии — пляски, песни под гармошку. Народ веселый. Мы имеем большой авторитет среди рабочих и всего общежития — у нас есть много интересного. Одна особенность: праздники проходят без вина. Здесь совсем нет ни вина, ни шампанского, ни водки. Вино можно достать только в Братске-2 и иногда на Падуне. Так что в общежитии пьяные редко встречаются. В палаточном городке было больше.

Как мы реагируем на статью в «Известиях»? Честно говоря, мы её даже не читали. А вообще, у нас действительно большие беспорядки в вопросах быта, да и в производственных — тоже. Наймушина ругали ещё в «Правде». а он ничуть не изменил своего отношения к быту. Он считает, что это — стройка, и всякие сентиментальности в быте здесь ни к чему. Некогда заниматься вопросами культуры, спорта, надо, мол, строить и всё. Его правильно ругают.

На новый год думаем сходить в поход в первый раз. Нарядим ёлочку — это уж обязательно.
 

Ресторан Падун

РЕСТОРАН «ПАДУН» — ПЕРВЫЙ РЕСТОРАН ГОРОДА БРАТСКА

15 декабря 1960 г.

(Стелла — маме)

 
Сегодня 42 градуса днём. Мы случайно купили шампанское. И по этому поводу, да ещё после двух недель беспрерывной напряженной работы сегодня выпили. Играет музыка, и мы танцуем, и очень здорово!

К нам в управление приехал новый прораб, и теперь я не буду нести весь груз ответственности за 100 с лишним человек. Главный инженер зовёт меня Стелла Семёновна. Я получила уже выговор за несвоевременную выдачу нарядов рабочим, и вообще, с начальником участка я ужасно ругаюсь. Я устаю так, что похудела уже и посерела. Это настоящая работа, а не игра.
 

17 декабря 1960 г.

(Стелла — маме)

 
Сегодня по радио слушали сводку погоды. У вас 5-7 мороза, а у нас знаете сколько? 48. Вчера было 45-47. Конечно, эти два дня у нас актированные, т.е. платить будут 50% от тарифа, а работать — не работают. Для меня это большой отдых. Правда, для ИТР дни не актируются, т.е. платят 100%, но толком мы не работаем. Сидим (прораб, начальник участка, главный инженер и я) в прорабской, болтаем, пишем наряды, иногда, когда приходят материалы, принимаем. На улицу страшно высунуть нос. Дух захватывает от недостатка воздуха. Стоит сплошной туман — за 10 метров ничего не видно, но машины ходят. Солнце скорее похоже на луну — огромный белый сияющий диск. Деревья — в инее. Ресницы смерзаются моментально. Помню, как в Москве мы рассказывали с гордостью, что выдержали 34 градуса мороза в походе по Карелии. И с ужасом думали, что такой мороз может быть и в Сибири. Если бы сейчас вдруг стало 34, все бы говорили: «сегодня тепло». 30 не считается морозом, а 25 — совсем оттепель. Вот так, в мире всё относительно.

У Лёли актированных дней не бывает — считается, что они в помещении работают, да и а эти дни у них самая работа — носиться по всему посёлку и отогревать дома.

У Инны бригады работают на домах 8-го микрорайона, считается, что в тёплых условиях (без отопления, какие могут быть тёплые условия?). Дина тоже уехала на работу. Одна я отдыхаю.

С новым прорабом, чувствую, мы сработаемся — человек неплохой. Мне стало легче — все шишки теперь сыплются на него и только частично — на меня.
 

21 декабря 1960 г.

(Стелла — маме)

 
Я уже понемногу меняю своё мнение о том, что эта работа не для женщин. Здесь вполне может работать даже такая девушка, как я, только надо поднабраться опыта. Сейчас я работаю совершенно наравне с руководителями-мужчинами, старыми волками. И считаются они со мной так же, как и со всеми остальными. А участок у меня гораздо больше, чем у кого-либо другого. Кстати, меня всегда посылают сдавать все выполненные работы заказчику. Почему-то у меня он принимает без всяких проблем, не придирается.

Сейчас у нас стоит замечательная погода — 25-30 гр. Сияет солнце и идёт меленький кристаллический снежок. Такое кругом сверкание, что буквально слепнешь. Всё-таки здешняя природа меня все время восхищает!

Сегодня на комсомольском собрании нашего СМУ меня выбрали в комитет. Сперва даже закидывали удочку на секретаря, но секретарь должен быть освобождённым, поэтому кое-как отбрыкалась: не переходить же мне из инженеров в комсомольские вожди. Получила культурно-массовый сектор. Меня включили в сборную команду ЛПК и дали лыжи с ботинками.
 

БрГЭС

МИТИНГ ПОСВЯЩЕННЫЙ СНЯТИЮ ПОСЛЕДНЕЙ ПЕРЕМЫЧКИ БРАТСКОЙ ГЭС

27 декабря 1960 г.

(Стелла — маме)

 
Если б вы знали, как мне сейчас некогда! Конец месяца, конец квартала, конец года. Надо представить все акты на сданные работы, на ручную разработку грунта, на незавершёнку, на глубину промерзания (все, подписанные заказчиком) и т.д. У меня установились хорошие отношения с представителем Дирекции ЛПК, т.е. с заказчиком. Это очень большое дело! Он может по своему желанию подписать или не подписать представленные ему акты, от которых зависит зарплата рабочих. К примеру, мы разрабатывали траншею шириной 0,8 м без откосов, а по проекту — 3 м с откосами. Он может подписать акт по фактически сделанной работе или наоборот. Или подписать выкопанное экскаватором как ручную разработку, т.е. может подписать «туфту», помиловав нас, или подписать истинную работу, т.е. казнив. Как ни странно, он мне помогает во всех этих вопросах и подписывает всё, что я даю. Поэтому мне поручают сдавать буквально все работы СМУ. Все очень удивляются, как мне удаётся подписывать столько туфты, чем успешно зарабатывать деньги для СМУ. А вообще-то, сдавать работы заказчику по статусу должен начальник участка, а никак не мастер.

Ко всему прочему, сейчас идёт закрытие нарядов. До 30-го надо закончить. Мне дали закрывать наряды на 10 бригад и 9 сварщиков, которым отдельно начисляется зарплата. Объём больше, чем у хорошего прораба. С будущего месяца и года у нас, наконец, думаю, встанет всё на свои места. Дадут план, закрепят бригады и сварщиков. Но сейчас, всё же, стало намного легче работать. Новый прораб очень здорово помогает мне. Он культурный, тактичный, порядочный. Мы с ним понимаем друг друга с полуслова. Только теперь я убедилась, что здесь должен работать именно инженер, человек с высшим образованием. Я раньше, конечно, ошибалась, думая, что на стройке нужно только луженое горло и хороший рост. На самом деле, нужно иметь достаточно знаний и хорошую голову на плечах, чтобы хорошо организовать работу. И она очень даже не простая, как мне поначалу показалось.
 

29 декабря 1960 г.

(Стелла — маме)

 
Сегодня пришла посылка от институтских девочек: Иры Бурт, Гиссаны, Иры Саркисян и Жени Ездаковой. Это был большой сюрприз! Полный ящик мандаринов, апельсинов, лимонов, причём все замороженные. Мы так и обомлели! Ну и откололи! Сегодня же пришла бандероль от девочек из группы Инны и Дины — огромная книга-каталог насосов, ценнейшая книга. В общем, нас не забывают. Всё время пишут ребята (такие тёплые письма!) — Володя Надеждин, Гарик, Марик, ребята из МАИ.

Ты пишешь, что надо требовать 2 комнаты. Какие 2 комнаты?! Тут жуткие трудности с жильем, некоторые живут в холоднейших бараках, снимают, ездят далеко. Так что о двух комнатах даже думать нельзя.

Кто наши соседи? Мужчины, живущие на 1-ом этаже, в основном, рабочие, а из женщин есть медсёстры, учителя, инженеры, такие, как мы, но есть и рабочие. Имеется у нас бытсовет, который следит за чистотой, организует вылазки на лыжах, танцы, самодеятельность, билеты в кино. В новый год хотим устроить вечер танцев под нашу радиолу. Пол в коридоре моем сами по очереди.
 

30 декабря 1960 г.

(Стелла — маме)

 
Я только что закрыла с нормировщиком наряды. Ну и разница у меня получилась! Одной бригаде, самой лучшей, — 60 руб. на день, другой, самой плохой, по 37. Так работали, что сделаешь? На этот раз решила быть непреклонной и искусственно добавлять не буду.
 

31 декабря 1960 г.

(Стелла — маме)

 
Ура! Сегодня праздник. К нам пришло много телеграмм. От кого только нет?! Так приятно их получать! Праздник воспринимается как два дня отдыха. потому что каждый свободный день для нас как праздник. Нет этой лихорадочной беготни по магазинам в поисках наилучших продуктов, этой генеральной уборки дома, потому что и убирать особенно нечего, этих вечно неразрешимых проблем: с кем, у кого и как встречать Новый год. Всё очень спокойно. Только больше, чем обычно, пьяных на улице. Сегодня мне испортила настроение одна бригада. С работы все во главе с бригадиром пошли до безобразия пьяные. После этого с ними разговаривать тошно! Такой случай у меня в первый раз. Бывает, когда кто-нибудь придёт на работу выпивши, так его сразу выгоняешь, и то редко такие случаи бывают. А тут вся бригада, да и ребята, в общем, неплохие.

Завтра мы хотим поехать на лыжах. Новый год будем встречать у себя. Хочется попеть песни (ой. как давно мы не пели!), потанцевать, послушать музыку.
 

сибирская сосна

ВЕЛИКОЛЕПНАЯ СОСНА У ТОРЦА НАШЕГО ОБЩЕЖИТИЯ

31 декабря 1960 г.

(Лёля — ребятам из МАИ)

 
Опишу вам, как прошёл у нас предновогодний день. Мы совершенно забыли, что это 31 декабря. Домой пришли поздно — в шесть часов. У меня был довольно кошмарный день. Одна из двух котельных месяц уже работает буквально в агонии: все 5 котлов текут бессовестно, утечка — 60 кубов в смену, температуру держат, в лучшем случае, 50 градусов. Срок окончания её ремонта назначили на 31-е декабря. Необходимо было установить 15-тонную трубу. Пригнали 12-тонный кран. Люди здесь решительные, не боятся риска, особенно руководители. И вот при поднятии трубы долго все гадали, что перетянет: кран трубу или труба кран. Котельная, конечно, была остановлена, так как в случае, если бы труба упала на котельную, всем, находящимся в ней, не поздоровилось бы. И в результате, когда труба почти стояла вертикально, стрела крана все же не выдержала, металл потек, и труба плавно на глазах многочисленной публики легла на землю как раз между котельной и мастерской. На этом волнения ремонтников закончились, а у нас они только начались: все 90 домов требовали проверки, и рабочие носились и спускали воздух из систем отопления домов.

К себе в общежитие мы заявились поздно. Быстро убрались, пошли за елкой (в сарайчик — прим. автора), но, увы!, нашу елку кто-то уже использовал. У нас есть 10 игрушек, но мы остались без ёлки. Горе наше не имело границ! Мы с Инкой пошли по поселку. У каждого дома стоят ёлки, может быть, и нужные. И вот, в новогодний морозный вечер во всю светит луна, веселые дымки из труб, редкие прохожие, и мы с Инкой деловито, по-хозяйски подходим к очередной ёлке, осматриваем ее, детально обсуждаем и, если подходит, — берем. В общем, как на базаре при коммунизме. Таким образом, мы отобрали две ёлки — снабдили себя и своих соседей.

Вечером знакомая Дининых родных привезла нам сразу 5 посылок. А потому наш праздничный стол буквально ломился от вкусных вещей и был, пожалуй, самым шикарным во всем Братске. В 12 часов мы проводили старый и встретили новый год, выпили за всех нас, за походы, туризм, свободу, мир и за многое другое. Ребята, а ведь в это время у вас были последние приготовления. Нас разделяет пять меридианов. Это не шутка.
 

Необходимые пояснения

 
1. МИСИ – Московский инженерно-строительный институт, ныне Московский Государственный строительный университет (МГСУ).
2. Гиндин Арон Маркович – легендарная личность, Главный инженер Братскгэсстроя. В Братске есть улица его имени.
3. ИТР – инженерно-технические работники.
4. СМУ– строительно-монтажное управление
5. ПТО – производственно-технический отдел.
6. Марк Александрович – муж мамы, они познакомились и поженились после его освобождения из ГУЛАГа, куда он попал «за сионистскую деятельность» (создание кибуца в Казахстане). Позже был реабилитирован.
7. Алексей Марчук – окончил МИСИ, руководитель группы ПОР (проекта организации работ), много сделал для Братска. Это о нем Пахмутова и Добронравов написали песню «Марчук играет на гитаре, а море Братское поёт».
8. Дядя Павлик – Павел Зарон, мой дядя, заслуженный художник России, заслуженный деятель искусств Северной Осетии. Попал в Северную Осетию после ГУЛАГа – в Москву ему путь был заказан.
9. ВиКовец – выпускник факультета ВиК — Водоснабжение и Канализация.
10. ВК – раздел проекта «водоснабжение и канализация».
11. Мосгидэп – братский филиал Московского института «Могидроэнергопроект».
12. ПОР — проект организации работ
13. Валера – парень из г. Орджоникидзе, сын друга дяди Павлика, который, вдохновившись моими письмами из Братска,, решил тоже поехать после института в Братск.
14. Лёля заканчивала школу в Калуге, живя с бабушкой, а в институте училась в Москве, живя с родителями.
 

КНИГА «ПИСЬМА ИЗ БРАТСКА»

ПИСЬМА ИЗ БРАТСКА. 1 ЧАСТЬ: 1960 ГОД

ПИСЬМА ИЗ БРАТСКА. 2 ЧАСТЬ: 1961 ГОД

ПИСЬМА ИЗ БРАТСКА. 3 ЧАСТЬ: 1962 ГОД

 

Биография автора: БУРЫКИНА (УПИТЕР) СТЕЛЛА СЕМЁНОВНА



ПИСЬМА ИЗ БРАТСКА. 1 ЧАСТЬ: 1960 ГОД (Автор: Бурыкина С.С.), 5.0 out of 5 based on 118 ratings



Рейтинг:
VN:F [1.9.22_1171]
Rating: 5.0/5 (118 votes cast)
| Дата: 12 ноября 2013 г. | Просмотров: 2 713